Я иду искать: Подлинные истории о российских маньяках

девушки, тело которой нашли в том месте, которое он указал после задержания, обратилась к суду с просьбой приобщить ее выступление в прениях в письменном виде.

Из протокола судебного заседания: «Мне чрезвычайно тяжело находиться рядом с подсудимым и давать ему повод для ощущения удовольствия от страданий потерпевших в зале суда».

До этого на заседаниях она вспоминала сестру с нежностью и любовью, подчеркнув, что та на отлично защитила диплом, обладала чуть ли не феноменальными физико-математическими способностями, изучала языки, мечтала иметь семью, жила с родителями и всемерно о них заботилась:

То, что случилось с ней… Мы даже не могли представить! Три с половиной года мы жили в постоянной депрессии, но надеялись на чудо… Мы знали, что она ответственный человек и не могла исчезнуть просто так, утром, по дороге на работу. Я вновь погрузилась в депрессию, ознакомившись с материалами дела, не делилась подробностями с родителями, им такого не пережить.

А ведь нас таких 12 семей…

Судья Архангельского областного суда Геннадий Преблагин (скончался в марте 2024 г.) вспоминал, что за все годы судебной работы это громкое дело для него явилось самым сложным для понимания:

«Как можно было представить, что маньяк уже отбывает наказание? Он совершал жестокие, тщательно продуманные преступления, действовал безжалостно. Причем со временем усовершенствовал методы расправы».

«В суде Шипилов вел себя безмятежно, сожаления не проявлял, ни в чем не раскаивался», – говорит представитель Архангельского областного суда Ксения Соловьева. Считал себя нормальным человеком, хотя и просил назначить экспертизу в Институте им. В. П. Сербского: у меня, мол, все в порядке, но интересно, отчего я такие преступления совершаю, почему тянет меня. Внешность имел располагающую, внушающую доверие.

Не погнушался обвинить родственников жертв в том, что, требуя компенсировать причиненный моральный вред, они преследуют меркантильные цели. 25 октября 2000 г. суд назначил Шипилову пожизненное лишение свободы. А еще по 100 000 рублей компенсации каждой потерпевшей семье.

Но «архангельский Чикатило» не согласился и приговор обжаловал:"

"«В кассационной жалобе осужденный Шипилов указывал, что приговор якобы вынесен под влиянием общественного мнения и является необъективным, – пояснил сотрудник Верховного суда. – Своей вины он не оспаривал, однако считал, что суд необоснованно отказал ему в проведении повторной стационарной судебно-психиатрической экспертизы в Институте им. В. П. Сербского (а компетентность архангельских экспертов поставил под сомнение).