Я и Орки 2. Звёздная Кобылица (СИ)

Вот так и появились на свет три прелести: лазурная Силанна, зеленоглазая двухцветная дочь Троя Нарна и платиновая блондинка с золотыми глазами — Таккара. Три года пролетело, как миг. В замке всегда куча народа: охотники толпою валят к Ирнанну, чтобы решил что-то; сайны шныряют с товаром туда-сюда. Остановиться им пока негде, так как гостиница ещё только строится, вот и ночуют здесь. Попутно балуют нашу красотку — принцессу всякой всячиной, вроде обалденной выпечки или конфет.

Наги немного скромнее себя ведут: придут и стоят у башни Рашша. Тот пошипит, и они уползают. Иногда, на день рождения принцесс, приползают всем народом. Смотрят на маленьких бестий, молодые мечтают попасть в их гарем в перспективе, старшие восхищаются магией, которую дочки используют повсеместно.

Русалки меня приняли окончательно и бесповоротно! Мы уже плавали на Остров, оценили его красоту и силу. Наш сын сильный маг, вода его слушает и трансформируется в любом виде. Хочет он коняшку из волны — встаёт пенная грива и несёт его, куда тот захочет! Мы с Исси не раз возвращались на то место, где любили друг друга впервые. Это наше тайное место. Так мы думали, пока не услышали в один прекрасный день бодрый топот копыт смущённо улепётывающих кентавров. Тогда мы решили ставить щит всегда.

Кентавры были удивлены новому виду вождя: отдельно конь и отдельно — человек. Но увидев, что малыш легко и быстро превратился в копытного мальчугана и лихо носиться по прериям, оттаяли и признали его наследником. Папа — кентавр, отец Снега, знакомству со мной был рад. Узнав о своей покровительнице, что я её спасла и оживила, он долго поднимал ведро за ведром своего ядрёного пойла. Тогда вообще все много пили… Мы со Снегом, то есть Даргоном пришли в себя только в той же пещере на следующий день. По традиции соединились на том самом камне.

Адонис помирился со своими. Точнее, это они пришли к нам целой делегацией. А ввиду тотальной занятости переложила все их вопросы на своего Донни. Тот сверкнул глазами, показывая, что отольются кошке мышкины слёзки, и пригласил их в свои покои. Беседа была тихой, но лунны ходили пришибленные ещё неделю. Под конец они согласились на все условия моего лазурного чуда: провозгласили его Правителем, а Сионисса — принцем, отдали ему все права и голоса. Теперь мой лунн счастливо мерил золотую корону, показывая своё величие малышу. Тот тоже губки надувал величественно. Я так смеялась! Потом зацеловала обоих. Плавно это перешло в три дня счастья с моим ласковым любовником. Потом мы очнулись и разошлись каждый по своим делам.

Близнецы от Шарри стали заводилами для всех наших детей! Эти уникумы от природы своими идеями, где и как развлечься, подбивали на каверзы своих братьев и сестёр. Наказывала их я.