Я хочу твою шкуру, дракон! или Верните всё обратно!

— Н-не скажу-у… — простонала эта противная и сладкая девчонка.

Ах не скажет она. Ну-ну.

Я накрутил на руку ее густые волосы, которыми всегда любуюсь и мечтаю сделать так, как сейчас. Оттянув назад, чтобы она запрокинула голову и подставила под мои поцелуи свою нежную белую шейку, я жарким дыханием прошелся вдоль нее и спустился до самой груди. Подышал жарко на сосок и услышал новый, более протяжный стон Алеоры.

Зацепил губами сквозь ткань один сосок и, сжав, потянул его.

— Ах, — вырвался легкий вскрик у этой сладкой синеглазки.

И мне тут же захотелось увидеть эти синие глаза, затянутые поволокой неги и страсти. Страсти ко мне.

Но спешка в таких делах лишняя.

— Алеора, скажи «да», — потребовал я, не отпуская изо рта сосок.

— Да-а… на что? — встрепенулась она после согласия.

Плохо. Надо выгнать все мысли из ее головы. Я сильнее потянул за волосы одной рукой, а второй потеребил сосок на другой груди. И услышал стон той, что давно лишила меня покоя, являясь в утренних сновидениях обнаженной под мой стояк. Припал ртом к ее впадинке у шеи.

— На все, Алеора, на все… Подтверди!

— Да-а, — выдохнула она со стоном и вцепилась в меня руками, сама не зная, то ли оттолкнуть, то ли притянуть к себе. Хотелось бы думать, что второе.

Я оттянул край ее кружевной блузки, обнажая прекрасную белую грудь с торчащим розовым соском. Поднял ее голову и поймал затуманенный страстью взгляд. Мы смотрели глаза в глаза друг другу, я, приказывая сдаться, а она, подчиняясь моей воле. Она не выдержала первая, потянулась ко мне и прижалась, прислонившись обнаженной грудью к моему кожаному жилету, из которого торчала куча железных заклепок, что сейчас волнующе царапали ее обнаженную кожу и оголенный, бесстыже выставленный сосок. Алеора закусила губу от нахлынувших ощущений.

Еще немного, моя птичка, и ты полностью сдашься на милость победителя.

— Поражение? — ухмыльнулся я ей в губы, которые она приоткрыла, чтобы поймать мое дыхание.

— Победа, — выдохнула она в мой рот.

Я стянул блузку с ее плеч, полностью оголив ей грудь, и прижал к себе, вырисовывая узоры вдоль ее позвоночника. Наши губы были на минимальном расстоянии друг от друга, почти соприкасаясь. Я, дразня, провел языком вверх по ее губам. И она тут же, сглотнув, их облизнула.

— Скажи мне, и я тебя поцелую, синеглазка.

Но эта хитрая лиса сама впилась в мою нижнюю губу, и я на какой-то миг потерял контроль, растворившись в удовольствии, пронзившем меня, словно молния.

Что ж, раз хочет поцелуев, моя сладкая, пусть получит. Чем больше я ее распалю, тем сложнее ей будет сопротивляться. Мы упоенно целовались, пока я не почувствовал, что Алеора достаточно готова, и опустил правую руку ей на бедро. Потянул за юбку, оголив ей ногу.

Моя сладкая дернулась.