Я хочу твоего мужа

— Само собой, ты знаешь, — усмехается она, — но надо, чтобы это в полной мере осознал Леша. Это первый ваш конфликт такого рода, и от того, как вы его разрулите — будет зависеть очень многое. У вас все любовь-морковь была и розовые феи с сахарной пыльцой, а вот теперь самое сложное начинается. И чтобы потом локти не кусать, обозначай свои границы.

— Умная ты все-таки, Алиска, — показываю ей большой палец, — мне бы хоть каплю твоего ума, глядишь бы и не повелась на сказочку о том, что они больше не видятся.

Подруга ободряюще улыбается:"

"— Он не изменяет. Это главное. Я понимаю, что тебе сложно, что тебя сейчас кроет по страшному, но не раздувай конфликт там, где можно мягко погасить. Поговори с ним. Без скандалов и обвинений. Уверена, вы друг друга поймете. Тебе надо отвлечь его, переключить на себя, а не распалять внимание к этой особе.

— Нейтрализовать бы ее как-нибудь, — мечтательно произношу я, — сослать на Марс, или в другую страну, ну или хотя бы на Колыму.

— Прости, Котик, но в жизни не всегда получается убрать травмирующие факторы. Приходится как-то их обходить и адаптироваться.

— Да понятно это, — сокрушенно машу рукой, — адаптируюсь, куда деваться? Он мужчина видный, всегда привлекал женщин. Но…хрен я его кому отдам.

— Во-о-от, — тянет с улыбкой подруга, — такой настрой мне нравится. Ты у меня красотка, всех построишь.

— Не сомневайся. Построю.

И, пожалуй, начну прямо сегодня. С похода за красивым бельем, чтобы красиво мириться с мужем.

Телефон пиликает.

— О! Жанка пишет, — усмехаюсь, открыв мессенджер, — стабильно отчитывается о передвижениях врага.

— Я же говорила. Она — молодец.

Я открываю сообщение и сначала не могу понять, что к чему.

Какая-то фотка в раздевалке. На лавке сидит Марина, лица не видно, но знаю, что это она. Одна нога у нее перемотана эластичным бинтом. И подпись Жанны: «Звезда довыпендривалась на эллипсоиде и вывихнула щиколотку».

— Есть все-таки справедливость в этой вселенной, — показываю Алисе сообщение, — зацени. Так ей и надо!

С мстительным удовлетворением рассматриваю фотографию «соперницы» и улыбаюсь. Будет знать, как к чужим мужьям клинья подбивать. Ничего, пару недель похромает, лоск свой растеряет…

— Зай, я бы на твоем месте не радовалась, — Алиса, наоборот, хмурится.

— Да, я знаю, что нельзя желать зла другим. Карма и все такое…

— Кира, кармы-чакры и прочие высшие материи — это прекрасно. Но речь совсем не о том.

— О чем же?

— О том, что сейчас она «инвалид — ножка болит». Маленькая хрупкая девочка с большими грустными глазами, которая мучается от боли. Такая жалкая, беспомощная, беззащитная. И так хочется ей помочь, облегчить страдания.

— Мне не хочется.

— Тьфу, ты! Кир! Да не о тебе сейчас речь! А о муже твоем ненаглядном.