Я хочу твоего мужа

Если эта сука подговорила своего братца поджечь кафе, то что ей помешает точно так же натравить его на меня саму?

В этот момент раздается напряженный голос прораба:

— Хозяйка, — он не заходит в кабинет, стоит на пороге, вытирая чумазым полотенцем грязные руки.

— Иди отсюда, — Марина тут же окатывает его пренебрежением, — не видишь, мы разговариваем?

Он ее будто не замечает, только желваки на скулах дергаются.

— Да, Руслан, — скованно улыбаюсь, — что-то случилось?

— Извините, что отвлекаю, — закидывает полотенце себе на плечо, — но…

Как я ненавижу эти «но»!

— Но, может, к черту таких гостей? Говно какое-то.

Боже, кажется, я влюбилась. Вроде такая мелочь, но становится тепло, и страх отступает. В этот момент я понимаю, что не одна, что вокруг много хороших людей, готовых прийти на помощь. Все будет хорошо.

Прокина возмущенно фыркает:

— Ты ничего не попутал? Занимаешься там унитазами, вот и иди занимайся.

Он все так же смотрит только на меня:

— Выпроводить?

Перевожу оценивающий взгляд на Прокину и задумчиво хмыкаю:

— А, давай!

В два шага он оказывается рядом. Хватает ее под локоть и грубо дергает к выходу.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

— Эй! — она бьет его сумкой по плечу, — убери от меня свои вонючие лапы, бомжара! Слышишь? Отвали! Эй!

Руслан никак не реагирует, даже не смотрит на нее, просто вытаскивает из кабинета, словно какой-то хлам. Я из окна наблюдаю, как он вышвыривает ее на улицу и захлопывает дверь, а Прокина путается в своих каблучищах, спотыкается и, не удержав равновесие, неуклюже приземляется на одно колено.

Кто-то из прохожих пытается ей помочь, но она орет, грубо отталкивает от себя чужие руки и, вскочив, поспешно хромает прочь.

Глава 18

После того, как Марина ушла, меня накрывает откат. Бомбит так, что зуб на зуб не попадает. Ощущение жуткое, кажется, пора начинать пить успокоительное или просто пить.

Прораб снова заглядывает ко мне:

— Все в порядке?

— В полном. Спасибо за помощь.

— Вы обращайтесь если что. Мы тут мигом порядок наведем.

— Спасибо, — благодарю еще раз.

Мне даже думать тошно о том, как бы я ее сама выгоняла, если бы не работники. Это же какую наглость и уверенность в собственной безнаказанности надо иметь, чтобы вот так заваливаться к жене своего любовника и угрожать?

У меня в голове не укладывается, но спускать это на тормозах я не собираюсь. Первым делом проверяю, как сохранился наш разговор. К счастью, слышно каждое слово этой стервы, каждый ее наигранный вздох и змеиное шипение.

Очередной козырь в моих руках. Настало время пускать их в игру.

Звоню Карпову.

— Саш, привет, — здороваюсь, когда он отвечает, — у тебя есть минутка?

На заднем плане голоса.