Я. Хочу. Тебя.

Я на говно изойду! Но если ей и правда надо?

Они же по-другому совсем устроены, эти странные создания.

Не поймешь, от чего радоваться могут.

А после того, что натерпелась, может, и правда, ей так лучше? Все с водой из себя вымыть?

С ними никогда не угадаешь."

"Только вот раньше угадывать всю эту хрень я даже и не пытался! А теперь хочу! Хочу ключик к ней найти! Ну хоть самый простенький!

- Ты поедешь? В больницу?

Всхлипывает, обхватив меня своими крошечными ручонками.

- Ну вот нет, Никкккка! Никаких больниц! Я тебе что? Инвалид? Домой мы едем. Домой. На хрен из этого поганого города! В нем всего-то и было хорошего, что ты. Так что все хорошее я из него забрал! И не спорь! Барахло твое ценное из квартиры в багажнике. Все спаковал. А дома. Так и быть. Если так хочешь. Отдамся тебе на растерзание как почти доктору!

Осторожно подхватываю руками, укладывая на сидение.

Она прижалась ко мне. Затихла. И только после заметил, что малышка уже спит.

Сильно ее измотало, конечно.

Но вообще… Она таки маленький, но стойкий оловянный солдатик! Ни истерик тебе, ни еще какой-нибудь хрени!

Моя. Моя женщина! Моя с первого взгляда и навечно! И точка!

Мирно спит на сидении, свернувшись в клубок, а я почти не дышу, чтоб не разбудить. Чтоб сон ее, такой сладкий, не потревожить!

Охренеть!

Кажется, это я ее. Кто успел на меня накидуть поводок!

А я и рад.

Еду и улыбаюсь, как идиот.

Бочки виски и то было бы мало для такого эффекта!

Бережно выношу из машины, чтобы занести в самолет.

Частный, естественно.

И без того привык так перемещаться. Ну, а с Никой о другом и речи быть не может!

Не удерживаюсь.

Прижимаю к себе слишком крепко, хоть и боюсь разбудить.

Жадно, как голодный зверь втягиваю ее запах.

И от него ведет. И все нервы напрягаются в оголенный нерв. Сразу будто в стойку становлюсь. Полной готовности. Как на ринге. Или нет. Даже круче.

Хочется рычать даже когда мой пилот бросает на мою Нику мимолетный взгляд.

Такого в жизни со мной не было! Представить даже не мог!

Провожу по полуоткрытым во сне сочным губам подушечками пальцев.

Блядь, даже на ногтях проносится вспышками ток! Мощными разрядами!

Бережно вношу по трапу. Укладываю на диван, прикрывая легким одеялом.

В салоне тепло, но я слышал, что после стресса, бывает, знобит. А я не хочу, чтобы моя девочка испытывала хоть самое маленькое неудобство!

Трусь уже отросшей щетиной о ее нежную щеку.

Не могу сдерживаться. Касаюсь ее губ своими и тут же заставляю себя оторваться. Одергиваю. Иначе не остановлюсь.

Она вся такая. Сладкий, терпкий, дико, до одури, до безумия будоражащий нектар! Пить и не оторваться! И не напиться никогда! Всей жизни будет мало!

А внутри, за ребрами колотится дикая смесь.

Радости какой-то запредельной. Нежности, что аж щемит. Переворачивает снова и снова все внутри.