Я. Хочу. Тебя.

Только охаю, когда он резко разводит мои бедра в стороны. Вклинивается   ногами с такой жадностью и силой, что, кажется, еще немного, и оторвет мне конечности.

Спасает только то, что у меня хорошая растяжка!

– Будешь делать массаж?

Его руки скользят по спине вниз.

Разминают лопатки.

И мне хорошо. Так хорошо, что все тело становится невесомым.

Даже не ожидала, что Арман такое умеет!

– Да, детка. Массаж. Такой, от которого ты улетишь в космос!

– Ой, нет, – я сжимаюсь, когда ощущаю между ягодицами его огромную дубину.

Но крепкие наглые бедра Армана не дают мне вырваться!

А член скользит между полушариями попы.

Сначала слегка, а после во все большим и большим нажимом.

Он проводит до самого входа во влагалище и снова поднимается выше.

Высекая из меня искры, что уже вспыхивают перед глазами.

Его руки отпускают спину и по-собственнически, нагло и уверенно обхватывают полушария грудей.

Меня всю простреливает, когда его пальцы смыкаются на до боли затвердевших сосках, начиная их слегка выкручивать. Он проводит по сжатым соскам ногтем и меня взрывает в новом ослепительном оргазме.

Я все еще бьюсь под его телом, когда его огромный член начинает упираться прямо в узенькую дырочку попы.

– Не надо, Арман, – судорожно дергаюсь, пытаясь вырваться из его бешеного захвата.

– Не надо. И вообще. Ты разве можешь? Тебе разве не нужна передышка?

– После чего? – хмыкает, опаляя спину между лопатками горячим дыханием.

И снова жадные мурашки расползаются по всему телу. Убивая последний здравый смысл. И только страх заставляет встряхнуться. Вынырнуть из этого безудержного порочного опьянения.

– После одного раза, ммммм, Никкка? Ты что? Решила, что тебе ущербный мужик попался? Если бы мне не приходилось тебя жалеть из-за твоего первого раза, мы бы три дня отсюда не выходили!

– Вот и пожалей, – шепчу, продолжая выворачиваться. – Или ты решил отомстить за то, что был в моей власти? Так ты сам мне ее дал!

Страшно.

И сладостно так, что оплетает все нервные окончания, и дико страшно, когда его огромная головка упирается прямо в колечко попы! Он же меня разорвет!

– Ты моя, Никкккка, – рычит, прикусывая мочку уха. Спускаясь легкими покусываниями, от которых меня пробивает, как от ударов тока, вниз. По шее, по спине.

– Ты моя везде!

Его руки спускаются ниже. Наконец перестают терзать мои груди.

Но легче становится только на секунду. А дальше они уже сжимают низ живота. Опускаются ниже. Раздвигает пальцами дрожащие складки, вырывая прямо из моего горла новый стон.

Прижимает клитор, чуть царапая его ногтями.

И я почти забиваюсь в новом оргазме. Почти… Но…

– Мне страшно, Арман! Давай нормальным способом! Я готова, правда. У меня уже ничего не болит!

– В умелых руках нечего боятся, детка. Кайф словишь такой, что сама насаживаться будешь.