Я хочу быть тобой

А Мила…Мила пусть в деревню валит, к мамаше моей. Будут на пару коз доить и говно из-под кур выгребать.

Весь день я жду от него звонка. Стоит только телефону загудеть, как сердце ухает до пяток и начинает бешено сокращаться. И каждый раз облом. Хватаю телефон в надежде увидеть заветный номер, а там кто угодно, но только не Вадим. Друзья, банки, мать с очередными претензиями, а его нет.

Мне хочется плакать. Особенно, когда вечером на экране высвечивается мерзкое «Милка».

— Да, — отвечаю натянуто. Внутри звенит и крошится.

— Зай, привет.

Сегодня мне особенно противно слышать ее довольный голос. Так и хочется заорать в трубку «Вали откуда приехала. Не мешай!»"

"Проглатываю слова, которые уже вертятся на языке

— Привет? Ты уже вернулась?

— Да. Столько идей новых, ты не представляешь! Когда я воплощу, все что задумала, это будет бомба.

Ага, сейчас. Это у меня будет бомба, а у тебя так бездарный, как и ты сама, пшик.

Я вынуждена слушать ее бред о развитии бред и дурацкие планы, а сама еле дышу, потому что до меня внезапно доходит, что она дома, с ним! С мои Вадимом. Что будет лезть к нему с объятиями и поцелуями.

Перед глазами пульсирует красная пелена. Я давлюсь от ревности.

— Ой, что это я все о себе и о себе. Ты-то как? Скучала?

Да вообще, рыдала кровавыми слезами и причитала, где же моя любимая, мать ее за ногу, тетушка Мила.

— Нормально все.

— Мы сейчас ужинать будем. Придешь?

Конечно приду. Не оставлять же эту дрянь рядом с ним!

Я не успеваю ответить, телефон гудит в руках. Отвожу трубку от уха и опускаю взгляд на экран. Там сообщение от Вадима:

Никаких ужинов!

— Не…не знаю, — пытаюсь проглотить горький ком в горле.

— Чего не знаешь? Собирайся и приходи.

Снова гул.

Не смей приходить!

Всего три слова, но я чувствую в них злость и ярость. Он даже смайлика никакого не поставил! Не шутит! Сидит с ней рядом, и пока Мила меня приглашает, строчит мне злые послания. Откидывает, будто я какая-то дворняжка. За что он так со мной?

Снова больно. Как будто ударил.

Ты помнишь, о чем мы говорили? Ноги твоей больше тут быть не должно!

Всхлипываю.

— Зай, — настороженно спрашивает Мила, — ты чего?

— Икаю, — делаю это еще раз, специально.

— Водички попей.

Я сейчас заору! Мне дышать больно, а она водички предлагает. Я бы с удовольствием плеснула ей в морду этой самой водичкой. Или чем-нибудь еще. И подожгла бы к чертям собачьим!

— Ну что придешь?

Я до дрожи хочу согласиться, но чувствую, что Вадим будет не рад мне.

— Нет, Мил. У меня встреча с девочками из группы. Мы уже договорились.

— Да? — разочарованно тянет она, — жалко.

Дура верит, а я умираю от обиды. И ревности.

— Может завтра? — сама предлагаю, очень надеясь, что к завтрашнему дню Вадим сменит гнев на милость и перестанет меня отталкивать.