Я хочу быть с тобой

Только тот, кто прошел через схожие жизненные испытания, имеет право на суд: его опыт был совершенно другим, он не мог знать, что ей пришлось пережить.

– Потому что не смогла доучиться. Потому что ребенок без конца болел. Потому что не получалось выйти замуж: как только парни слышали о том, что у меня есть сын, они бежали сломя голову.

– А ты?"

"– А я умирала, – она продолжала всхлипывать, – знала, что сама разрушила собственную жизнь. Если бы не ребенок, я была бы счастлива!

Вадим внезапно перенесся в собственное прошлое. Вспомнил отчаянное чувство пустоты после гибели отца: он был никому не нужен и испытывал жестокое чувство вины только потому, что все еще жил. Но он был виновен! А что плохого сделал крошечный ребенок, которого еще до рождения не принял собственный отец? Он появился на свет невольно и так же невольно стал помехой для счастья собственной матери.

– Как его зовут? – Вадим ласково улыбнулся Вале.

– Андрюша.

– Красивое имя.

– Правда?! – она изо всех сил прижалась к нему. – Вадечка, я безумно тебя люблю!

– Нужно было сразу познакомить меня с Андрюшей, – он поднял руку и осторожно погладил Валю по мягким волосам.

– Прости, Вадечка, прости! Я глупая.

– Нет, – он со вздохом прижал ее к себе, – просто еще молодая.

– Прости…

– Ты не сказала, что с ребенком. Почему он в больнице?

– Катался с горки, неудачно упал.

– И что? – сердце Вадима заколотилось.

– Ничего страшного, – Валя торопливо успокоила его, – сломал ключицу.

– А у бабушки от испуга давление?

– Да, – она опустила голову ему на плечо, – гипертонический криз.

– Бедная моя Валечка, – он продолжал гладить ее по голове, – оказалась меж двух огней.

– Представляешь, – она всхлипнула, – как их угораздило!

– Андрюшу не разрешают забрать домой? – Он не успел даже подумать о том, справится ли с моментальным превращением в отца.

– Ой, – Алла отчаянно замотала головой, – врач говорит, нельзя! Мало ли! В больнице все под контролем.

– Ясно, – он на мгновение прижался губами к ее макушке, – тогда попроси, чтобы мне тоже оформили пропуск.

– Тебе?!

– Да, – он отстранился и посмотрел на нее с улыбкой. – А чему ты удивляешься? Я, как отец ребенка, имею право.

– Ты… как отец…

Бледно-голубые глаза Вали стали совсем прозрачными из-за стоявших в них теперь уже счастливых слез.

– Что же ты плачешь? – Вадим продолжал улыбаться, глядя на нее. – Если я люблю тебя, значит, и Андрюшу тоже.

– Я боялась, – она спрятала лицо у него на груди, – ты же не хотел детей! Мне было так страшно!

– Хотел, – он тяжело вздохнул, – очень хотел, Валечка.

В его кармане зазвонил телефон. Стараясь не потревожить Валю, которую обнимал одной рукой, он достал аппарат и прижал его к уху.

– Алло?

– Вадим? – прокуренный голос был ему незнаком.

– Да.