Я Гордый

Мол, прости, виноват и все такое. Котяра же, сразу успокоившись, лежал на руках Кати и довольно мурлыкал, делая вид, что он вообще не при делах и это все наговоры, а так он белый и пушистый.

— Карыч виноват. Но он не виноват, — тут же заступился я за друга. — Не фиг всяким блохастым лазить где не надо!

— Эй, у Васи нет блох! — завопила сестра, крепче прижимая к себе кота.

— А давай Карыч это проверит. У него зрение лучше и клюв острый.

— Не надо проверять. Я ему не доверяю. Еще обидит Васеньку. Да, мой милый, да, мой хороший… Пошли со мной, я тебе сметанки налью, — засюсюкалась с этой серой тварью она.

Услышав про сметану, котяра сразу воспрял и снова был готов к подвигам, правда, после перекуса — и желательно, не одного. На нас с вороном он смотрел с нескрываемой ненавистью, точно готовя подляну. А мы в ответ смотрели на него, выражая взглядами готовность проверить слухи о девяти кошачьих жизнях. Война продолжается, и победа будет за нами!

— Значит, это Карыч, — сказал отец, когда дверь за сестрой закрылась. — Ты позволишь? — протянул он к ворону руку.

— Это мой отец. Очень близкий для меня человек и мой друг, — обратился я к ворону, и тот, еще раз с сомнением посмотрев на меня, сделал шаг и оказался на пальце отца.

— Молодой, не старше года. Сильный, умный, — сказал он, рассматривая птицу. — Что-то в нем есть, но не пойму что. И да, я вижу, что он тебя понимает. Странно, необычно, но очень интересно.

— И что же тебе интересно, отец? -спросила Лиза, о которой в суматохе все забыли.

— Говорят, что вороны появляются в нашей семье, когда грядут перемены. За много веков лишь трижды вороны жили рядом с Гордеевыми. Нет, как я и говорил, они не были ручными. Просто появлялись, какое-то время находились рядом, а потом исчезали. И каждый раз после этого наша семья обретала еще большую силу. Какие перемены ты нам несешь? — ласково спросил он у Карыча.

Можете сказать, что я последний лжец на земле, но птица хитро так ему подмигнула. А после, громко каркнув, вылетела в окно.

— Не видела бы своими глазами, в жизни бы не поверила! — ошарашенно воскликнула сестра, а вот отец выглядел очень довольным.

— Сынок, не знаю, что будет дальше, но ворон — это добрый знак. И то, что он выбрал тебя, знающим скажет о многом.

— А я вот не знающая, можно подробностей? — влезла сестра.

— Ага, и я вот тоже.

— Всему свое время, дети. Но скажу вам одно — я очень доволен. А теперь мне пора. И да, Сергей, не забудь про наш разговор.

— Я все помню, отец, — поклонился я ему.

— Вот и прекрасно. До завтра, -насвистывая веселенький мотивчик, батя вышел за дверь.

— Тыщу лет не видела его таким довольным. Колись, братец, где взял птицу?

— В саду, говорил же уже. Валялся с подбитым крылом, а за ним Васька охотился. Ну, я и спас. Так и подружились.