Я Гордый часть 7

— Я и знать не знал о создании полка!

— Он? То есть, ты⁈

— Не верьте ему, Ваше Высочество! Я лишь рассказал о создании полка, а он сразу предложил надавить на баронов!!!

— Нет, это ты виноват…

— Это все из-за тебя…

— Если бы…

— А я тогда…"

"Смотреть на этих, вроде бы родных людей, старательно выгораживающих свои задницы посредством другого было противно.

— Так, заткнулись оба! То есть, вы хотите сказать, что сами, по собственному скудоумию решили погреть руки на императорском заказе? Никто вам подобного не советовал, и вы просто решили, что знаете лучше, чем император⁈ Не верю! Кто стоит за вами⁈ Отвечайте, а то испепелю!!! — у меня в руке возник небольшой шар огня белого цвета.

— Не губите, Ваше Высочество!!! -завопили они как резаные, стараясь от меня отодвинуться подальше. — Сами мы… Не знали… Не подумали!.. Век помнить вашу милость будем…

— Значит, так. Мы подумали, и я решил. Барону возместить все потери плюс накинуть сверху за моральный вред.

Александр Васильевич, сколько вы выплатили неустойки, да и вообще, сколько денег было потрачено на ремонт конюшен после пожара, и на прочее? Есть у вас точные цифры?

— Да, конечно, Ваше Высочество. Мой долг перед банком составляет полтора миллиона рублей, да плюс своих затрат почти столько же.

— То есть, три миллиона, я правильно понял? Ну, и компенсация морального вреда — думаю, двадцать процентов будет достаточно. Сколько это получается? Шестьсот тысяч? Отлично.

Итак, господа, жду от вас немедленного перевода этой суммы на счет господина барона. Дайте им данные и проконтролируйте, чтобы деньги поступили в полном объеме.

— Но у нас нет таких денег!!! — попытался завопить младший Лужской, но увидев мой взгляд, осекся.

— Думаю, честно будет разделить эту сумму на вас обоих. У вас есть десять минут, господа, чтобы найти средства.

Но даже этого не понадобилось. Уже через пару минут барон сообщил, что деньги поступили.

— Прекрасно. Я очень доволен таким разрешением ситуации. Значит, с Пржевальскими мы разобрались. Теперь надо уладить вопросы со мной.

— А что с вами, Ваше Высочество? -рискнул подать голос старший граф.

— Дело в том, что оскорбив моего друга, вы оскорбили и меня. А это уже другой разговор, не так ли? Но и это не самое страшное. Усомнившись в праве Его Императорского Величества самому решать, с кем вести дела, вы оскорбили и его. Что у нас полагается за оскорбление императора, Станислав Георгиевич?

— Лишение всех титулов и званий, сломанный герб и каторга лет на двадцать. Это если судья будет добрый. Но я лично прослежу, чтобы он был злым.

— Благодарю вас. Чем больше с вами общаюсь, тем сильней понимаю, насколько прекрасно организована служба опричников под вашим руководством.