Я – Легенда 2: геном хищника

На пятом шаге мой уже понял, а вместе с ним шакрас, который готов был рвать и метать, как в первый раз под давлением стражника. Не нравилось ему здесь. И винить его было не за что — сразу три экрана показали одну сцену с разных ракурсов. Видимо, очень важную для Комы сцену, раз он её там подробно переживал. Первое убийство, когда с домашних зверей он, наконец, распробовал человека.

Я с осуждением посмотрел на этого здешнего рыцаря смерти, уже порядком потрёпанного. Шлем смят, половина забрала оторвано. Вместе с ним Кома лишился и части лица. Уже оголённые зубы торчали, что рисовало довольно злобную ухмылку. Меч он уже потерял, правая рука сломана, кое-как он ещё трепыхается левой, с зажатым в ней кинжалом.

— Не теми ты сказками в детстве вдохновлялся, — хмыкнул я, считая, что тот же Дарт Вейдер здесь бы лучше справился.

Но шутки, шутками, а что конкретно делать было непонятно. Я посмотрел на свои руки, похлопал по карманам — всё куда-то пропало. Могли бы хоть одну гранату оставить. Но лучше, конечно, две. Я щёлкнул пальцами, очень сильно захотев создать огненный шар или шаровую молнию. Но ничего не произошло. Ладно, попробуем иначе: сложил пальцы в виде пистолета и начал выцеливать скакавшую мокрицу. Прицелился, повёл цель и прищурился даже, а потом громко сказал «бух» и подул на пальцы.

Подошёл поближе"

"Но это я уже так, из упрямства сделал. Уже на «бух» было понятно, что ничего здесь не работает. Но что тогда делать? Ни Кома, ни мокрица так и не обратили на меня внимания. Тогда я решил свалить, развернулся и, помогая локтями (всё-таки было смутное ощущение, что плыть в этой пустоте проще) двинулся подальше от драки. По ощущениям, прошёл метров пятнадцать, моргнул и снова оказался прямо за спиной у Комы.

Хреново. Я, конечно, могу долго не моргать. Какой-то йог во время медитации полтора часа продержался. Но что-то мне подсказывает, что дело не в моргании, а в свойствах пространства. Аж бесит. Не сам факт, что я сюда попал, а то, что не понимаю, как такое вообще возможно. Какой-то перенос сознания? Некий иной план бытия, на который способны переходит телепаты? Допустим, первое или второе, в принципе не столь важно. Важнее то, как мне хоть на что-нибудь повлиять?

— Ко-о-ма-а! — заорал я, набрав в грудь побольше воздуха. — Ко-о-маа!

Абонент — не абонент. Ни два коротких, одно протяжное. Ни ёжик, ни лошадка, ни прочий сочный и звонкий мат на трёх разных языках — все пропустили мимо ушей. Я подплыл поближе и отвесил пенделя сначала мокрице, а потом и подзатыльник Коме. Рука будто сквозь голограмму проскочила, ну или призрака с едва заметным сопротивлением и холодком. Словно вялая сушка для рук в общественном туалете — напор вроде бы и есть, а вроде бы и нет.