Я – Легенда 2: геном хищника

Теперь ты мне помоги… Проснись и сделай хоть что-нибудь…

И я сделал!

Я чихнул…

И видимо, как-то стравил лишнее давление, буквально на одну полноценную, законченную мысль. И ударил «Аурой ужаса»!

Молчун, до которого оставалось уже меньше метра, дёрнулся и отшатнулся. Где-то на долю секунды, потеряв надо мной контроль. Я успел запустить мысль — даже не мысль, а некую логическую цепочку: двустволка — монстр — заткнуть молчуна.

Но додумать её не успел, вновь ощутив давление. Зато руки успели, уже по инерции и с силой, которую явно добавил разъярённый шакрас, я взмахнул ружьём. И вместо выстрела ударил прикладом снизу вверх, чётко под подбородок. Старые, но ещё крепкие зубы молчуна схлопнулись с жутким скрежетом. А потом посыпались на землю вместе с половинкой мокрицы. Она ещё до земли не успела долететь, а давление извне исчезло.

А вот изнутри осталось. Теперь словно мой биомонитор превратился в манометр. И воображаемая стрелка явно рвалась за пределы ста процентов. Шакрас, мягко говоря, был зол. Но было что-то ещё. Стыд? Обида на себя? Вызов? Работа над ошибками? Типа школьник, получивший двойку, но давший себе слово стать лучше."

"Я что-то похожее ощущал после промаха. Включалась аналитика, делались выводы, вся ситуация переваривалась в голове, чтобы выработать новые способы решения. Выработать антитела к ошибкам! Словно твоя слабость — это яд или вирус, с которым справляется организм, вырабатывая систему защиты.

Для моей разыгравшейся фантазии, не хватало только, что шакрас сейчас сказал что-то в духе: мой косяк упустил, осознал, фишку просёк, больше не повторится. Давай следующего найдём, я покажу…

Но, прежде чем слушать собственное воображение, я убедился, что с молчуном покончено. Половинка мокрицы, свернулась в половинку шарика и начала светиться, как бледная люминесцентная поганка. На ней появился маленький сахарок чёрного цвета, а потом и три «зёрнышка» гнили. Я собрал это всё в пузырёк не прикасаясь. А потом подошёл к молчуну. Там уже не было никакого свечения, там давно умерший организм, лишившись контроля, буквально рассыпался в прах, смешавшись с тряпьём, в которая за годы превратилась его одежда.

Я посмотрел на приклад и на всякий случай протёр его «Живинкой». Включил чуйку и убедившись, что в ближайшем радиусе нет новых стражников, пошёл всё-таки посмотреть, кто там бормотал. А заодно поищем кого-нибудь для переэкзаменовки.

Глава 20

Крадучись обошёл дом и увидел две близко припаркованные машины. Фургон неизвестной мне местной фирмы и разрисованный «крузак», попавший сюда из восьмидесятых годов моей прошлой прописки.

Рядом с тойотой лежал «Искатель» — не фрик и не спецуха в разгрузках, а, значит, скорее всего, водитель.