Я еще царь. Книга XXX

По пути Лора ретранслировала мне «линию» Есениных:

— Это был Кузнецов! Я еле смог уйти! Он перебил всех! Это чудовище! Монстр! Никого не осталось! НИКОГО!

И дальше на линии начались сплошные сопли.

— Да уж… А ведь я всего лишь вырубила их, — вздохнула Лора. — Поистине у страха глаза велики…

— Гена, перестань реветь! — зарычали в ответ на сопли голосом Антона. — Что с женщиной?

— Взял с собой. Но, думаю, он будет пытать ее… Черт, вы бы видели этот его взгляд…

Снова на «линии» начались сопли, и Лора отключилась. Я же вытащил телефон и набрал Антона. Надо было немного устаканить ситуацию.

Ответил он немедленно:

— Миша… Ты ничего не хочешь мне рассказать?..

— Роза у меня, а твои люди всего лишь без сознания. Лучше возьми на работу кого-нибудь не столь впечатлительного, — ответил я. — И да, тебе все же следовало предупредить меня, прежде чем…

— Она похитила Виолетту! — закричал Антон. — И бросила ее этой мрази как кость! Мне нужна эта женщина! Отдай мне ее!

Видимо, его крики услышала Роза: ее лицо побледнело, пусть она, как могла и старалась скрыть свои эмоции.

— А Антон страшен в гневе, — заметила Лора, сидя рядом с Розой и поглаживая ее по плечу. — Как бы с нашей девочкой и впрямь не случилось чего-нибудь нехорошего…"

"Антон все требовал отдать Розу, а потом даже перешел к угрозам. На мои слова о том, что она действовала не по своей воле, а была под влиянием божественной сущности, он ответил только одно:

— Сама виновата! Или ты на ее стороне, Кузнецов⁈

Я вздохнул.

— Я не собираюсь убивать всех подряд только потому что Пастухи, Нечто и прочие охреневшие боги подчиняют себе людей. Может быть, Роза и виновата, но тебе я ее не отдам. Прости, Антон, но у нас с тобой проблема.

А тот скрипнул зубами и так громко, что даже в трубке было слышно. Мне показалось, что он сейчас снова начнет орать, но тот только прошипел:

— Это ты прав, Миша. У нас с тобой точно проблема.

И связь вырубилась.

— Это точно наш Антон? — удивилась Лора. — Никогда его таким не видела…

— Нет, это точно наш Антон, — вздохнул я, убирая телефон. — Вернее, Есенин. Все же родовой характер не скроешь…

Так, и что с этим прикажете делать? Антон же точно не отступится и попытается похитить Розу, а то и убить, что вероятней. Блин, и надо мне ссориться с другом из-за какой-то мутной женщины?

— Хочешь все же отдать ее Антону? — спросила Лора.

— Нет, пусть Антон скрипит зубами сколько влезет, — покачал я головой. — Мы ее заберем. Но и держать ее в московском поместье тоже нельзя. Перевезем на Сахалин, а там отдадим Алисе. Пусть делает с ней, что хочет.

— Так значит, теперь я твоя пленница, — сказала Роза, когда я велел Даниле везти нас в поместье. — Если ты думаешь, что я помогу тебе вызволить эту твою Виолетту, то увы. Кремль это неприступная крепость.