Я его достану!

А я закрыла глаза и позволила себе полностью расслабиться, просто была собой, отпустила все переживания и страхи. Он словно растворял своими поцелуями мои сомнения, мою неуверенность. А еще будил очень непристойные мысли, в голове замелькали откровенные картинки, которые не слишком отличались от реальности.

Я очнулась, лишь когда услышала звук упавшей на пол пуговицы от его рубашки.

— Прости! — Я отпрянула от него, зажмурившись. — Я… увлеклась."

"— Мне понравилось, тут нечего стесняться. — Он пожал плечами. — Я тоже тебя хочу. Мы взрослые свободные люди. В чем проблема?

Я поправила на себе одежду и попыталась немного успокоиться. Получалось слабовато. Краем глаза заметила, как он присел на край большого черного стола, скрестив руки на груди. Полуобнаженной груди. Вот кто ничего не стеснялся!

— Ни в чем, — соврала я. — Но это твой офис, и за дверью люди.

— Сюда никто не зайдет, если ты об этом. — Он по-прежнему сидел на своем столе, но больше не делал никаких попыток привлечь меня к себе. — Ты хотела поговорить. Давай, я готов. А ты?

— Тоже. — Я кивнула, четко понимая, что снова смухлевала. Ничего я не была готова. Чтобы говорить серьезно, надо мыслить трезво, а меня от одного вида порванной рубашки потряхивает.

Я отвернулась, сделала обратно несколько шагов и уселась в одно из кресел. Оно оказалось настолько мягким и удобным, что я от наслаждения даже прикрыла глаза. А когда открыла, то увидела Бессмертного, сидящего напротив меня.

— Расскажи, что тебя смущает, — негромко попросил Кощей. — Я чувствую, ты как будто стенку выставила и не пускаешь меня к себе. Сначала делал скидку на возраст, на неопытность, но, Василиса, мы же не подростки. Это из-за работы?

— В том числе, — я признала очевидное. — Не очень понимаю, что и как у меня сложится. У меня это первое настоящее место работы, понимаешь? Мне очень важно из себя что-то представлять. Умом понимаю, что ты, скорее всего, прав, но почему-то от этого не легче. Ты привык распоряжаться жизнью других людей, и это пугает немного. Одно дело доставать тебя, как потенциального источника эксклюзивной информации, это моя работа, это нормально. Страшновато, конечно, но нормально. А совсем другое — отношения. Личные. Я, может, не очень понятно выражаю свои мысли…

— Нет, очень понятно, — прервал меня Бессмертный. — Распоряжаться чужими жизнями — это просить тебя не использовать информацию обо мне для своих публикаций?

— Да! Но не только.

— Что еще?

— Кто. Изабелла.

— А она здесь при чем? — Олег удивленно вскинул брови. Этого он точно не ожидал.

— Она звонила мне, — чуть поколебавшись, ответила я. — Просила ей помочь.

Кощей молчал, но всем своим видом показывал, что ждет продолжения. И я пересказала ему наш с Павловой разговор.