Я! Еду! Домой! Я еду домой!

 – Если уж контролировать резервуар, то со всех сторон."

"– Когда вы планируете приехать в поселок? – обернулся ко мне лейтенант и уставился мне в лицо маленькими серыми глазами, покрасневшими от недосыпания, видать.

– Сегодня.

– Завтра к вечеру. Не раньше, – сказал он. – Мы увезем к тому времени скорбящих родственников. Машину… Вам сегодня она нужна?

– Нам еще к себе ехать, – даже удивился я вопросу.

– Мы можем вас отвезти, – сказал молчавший до этого момента Хосе.

– Тогда забирайте, – махнул рукой я. – Только вещи перебросим.

Может, и зря я ее отдаю, да она нам точно не нужна. Тем более, как ни тяжко об этом говорить, но от Джеффа еще машина осталась, да и трейлер его. И в самом поселке не хочется лишних проблем себе искать, а то она как приманка для мстителей будет. Будь возможность, я бы вообще в поселок не поехал, но деваться некуда. Правда, Дрика сказала, что мне к доктору надо с дырой в ноге и всем остальным, и как можно быстрее, но никак до завтра не получается. И на ночь в поселке не останешься: наши ждут, и связи с ними нет. Черт с ним, завтра покажусь, дыра как дыра – надеюсь, ничего особо плохого не случится. На морде затягивается, авось и на ляжке ничего ужасного не произойдет.

Кстати, есть у меня подозрение, что неожиданно быстрое и, главное, чистое заживление раны от удара прикладом как раз связано со всей этой мертвечиной. Я же точно чувствовал, что начинается воспаление: не могло оно само по себе так быстро пройти. Так, во всем остальном, рана как рана, но очень уж себя примерно ведет – прямо идеальный случай. Странно это. Я хоть и не врач, но все равно понимаю: странно, не должно так быть.

Трупы Тима с папой так просто не бросили, но и заниматься всерьез ими никто не стал. Лейтенант так и сказал, что с убийцами мараться не намерен. Их подцепили проволокой к фаркопу «хаммера» и оттащили подальше в пустыню. Тот же лейтенант, вернувшись, сказал, что если охота, то пусть родственники их ищут и хоронят, потому что миллионы вполне достойных людей скончались без достойного погребения. Так что много чести для этих.

Перегрузиться нам помогли, усадили в белый «Форд Ф-250» на заднее сиденье, спереди сели Хосе и Сэл. Хосе – это тот самый худой и невысокий с маленькой бородкой, а Сэл оказался средних лет пузаном с красным лицом и обритой налысо головой. Они нас и повезли.

28 марта, среда, вечер. Округ Юма, Аризона, США

Джеффа хоронили вечером. Хорошо похоронили, выкопав могилу на вершине холма, воткнув в нее деревянный крест. Хоть этим ему отплатили за все, что он для нас делал. По нынешним временам Смерти – большое дело.

Потом меня начало трясти – сказался отлив адреналина. А Дрика так даже говорить не могла, зубами стучала, словно в ознобе.