Я - чертовка

Неужели сработало… аааааааааа! Дамочка отпрыгнула, зашипела и… преобразилась! Ее кукольное личико превратилось в оскаленный череп, изо рта выпал длинный извивающийся язык, а нижняя челюсть отвисла аж до груди!

Я отпрянула так резко, что едва не плюхнулась попой на слой лежалой хвои. Кажется, от страха у меня снесло крышу, так как почти сразу я, не раздумывая, рванулась обратно и зашипела в ответ. Да так яростно! Я шипела и одновременно офигевала от того, что происходит. Мне было страшно! И чем страшнее, тем с большей настойчивостью я напирала на дамочку. А потом, также ничего не соображая, я выкинула вперед руки и толкнула ее! Легонько. Но она, почему-то, упала на спину. Оскаленный череп снова сменился красивым женским личиком.

— Вот так-то, стерва! — сказала я ей уверенным голосом, косея от страха.

— У тебя зеленые искры в глазах роятся… — пролепетала блонди, растеряв всю уверенность. — Кто ты такая?

— А и доброго дня тебе, хозяюшка, — бодро зазвучал рядом знакомый голос. Мимо проходил давешний облезлый волк. — Спасибо, что от гнева Властелина спасла! Ежели бы не заступничество твое, от меня бы и шерсти клока не осталось! Должник я твой теперь!

У блондинистой дивы вылезли шары. Она, наконец, включила свою белобрысую тыкву и сопоставила факты. Хозяюшка, Властелин, заступничество… До нее не сразу, но дошло, что мои предыдущие слова про то, что я в гостях у лешего, вовсе не шутка.

— И правильно ты полуденницу наказать решила! Совсем эти ведьмы оборзели. Ходила бы в своем поле, нечего в лес соваться! Небось, она еще дерзость какую сказать тебе осмелилась? Да за такой проступок ей Властелин язык вырвет и сожрать заставит, кожу будет снимать сантиметр за сантиметром…

Волк радостно увлекся перечислением возможных наказаний за непозволительную дерзость, как будто не он не далече чем сегодня утром громко объявил о своем желании меня сожрать. От детальных описаний слегка затошнило. Полуденница же вообще приобрела нежно зеленый цвет и вздрагивала от каждого слова, как от удара. В конце концов, я прервала серого подхалима и отправила его восвояси. Он раскланялся, еще раз напомнил, что готов в любой момент времени сделать для меня все, что угодно, и только тогда, наконец, испарился. Фух… но, надо заметить, его появление оказалось на руку. Теперь я совершенно точно была хозяйкой положения. Белобрыска боялась дышать.

— Блуда ты убила? — грозно осведомилась я.

— Я оглушила только! Жив он! — пискнула она, прикрываясь руками.

— Ладно, иди отсюда, — милостиво позволила я. — Но чтобы больше мне на глаза не попадалась, а не то…

Я не успела договорить. Дамочка свалила с такой поспешностью, словно за ней гнались все черти ада.