Я - чертовка

Он влетел в избушку, сел на подоконник и сказал хорошо поставленным мужским голосом:

— Добрый день, мадмуазель!

Я аж чуть не сделала реверанс, но вовремя опомнилась и ответила:

— Привет!

— Я Арсений, — представился он.

— Тоня. А ты, собственно… ты же не просто ворон? В смысле, ты не птица?

— Конечно, нет! Я — блуд!

— Блуд? — икнув от неожиданности, переспросила я. Ассоциации с этим словом были самые неприличные. Интересно, какие обязанности он тут, в лесу выполняет? — Девиц невинных завлекаешь в пучину порока?

О, как красиво сформулировала! Аж гордость берет. Однако собеседник не оценил…

— Почему это? — удивился ворон. — Нет! В основном, мужчины мои клиенты. Правда, девицы иной раз хуже мужиков попадаются. Такими тоже я занимаюсь. Я же кем угодно прикинуться могу!

— И мужчиной, и женщиной? — слабым голосом уточнила я.

— Конечно! — с гордостью подтвердил ворон. — В воспоминания жертв подглядываю, и увиденные образы в жизнь воплощаю! За кем они пойдут, тем и притворяюсь! Блондинкой, брюнеткой, юношей, мужиком бородатым… да хоть кем!

Ох, а дело-то куда хуже, чем я думала! Он еще и сексуальные фантазии чужие считывает! Теперь понятно, почему его блудом прозвали…

— Ого! Неужели прямо вот перед путниками выскакиваешь?

— Когда как. Иногда выскакиваю, иногда голосом поманю, а чаще из-за елок выглядываю.

— Голышом?

— Почему голышом?! — окончательно обалдел ворон."

"— Ну, не знаю! Может, методы у тебя такие — сразу, так сказать, товар лицом показывать.

— Так показываться-то не обязательно! Порой и мелочи хватает. Стон, там, издам или из-за дерева что-нибудь высуну…

— Что?! — психанула я. Вот ведь Влас! Какого-то извращенца мне в сопровождающие подсунул! — Что высунешь?!

— Руку там, ногу или голову, — он явно не понимал, по какому поводу истерика. — Порой и этого хватает, чтобы человека увлечь за собой в чащу.

— И надругаться?!

— Зачем? Просто с пути сбить, чтобы заблудился, — объяснил он, глядя на меня с нездоровым подозрением, как на идиотку.

Я вдруг застыла. До меня медленно начало доходить.

— Стоп. Так ты заставляешь блуждать! Поэтому и блуд!

Ой, как стыдно-то! Какая же я, оказывается, испорченная! И ведь, главное, вот сейчас смутно припоминаю, что когда гуглила информацию о лешем, мне на глаза попадались упоминания про блуда… я еще над словом хихикнула. Как можно было забыть! Позорище…

— Так я о том и говорю… кто к лесу неуважительно относится, да зверье ради потехи убивает, того и наказываю. Иногда просто с дороги собью, а ежели проступок серьезный, то и в болото могу заманить…

— Угу, — кивнула я, сделав лицо кирпичом. Мол, да, я именно так и думала. А расспрашивала просто, чтобы разговор поддержать, да познакомиться поближе. — Слушай, а разве не леший этим занимается обычно?

— Вот еще! — фыркнул он.