Я бы тебя не загадала

Темная челка скрывает глаза, руки закинуты за голову, рядом с его бедром лежит открытый ноутбук. Тело расслаблено, а пятки свисают с края постели.

Никита…

Что вообще происходит? И как он здесь оказался?

На парковке не было его машины, я бы заметила. Но вот он! Лежит и сопит в две дырочки. Красота!

Сбрасываю куртку с плеч, стягиваю шапку и аккуратно снимаю обувь. Есть только один выход. Один шанс. Сейчас все закончится. Подхожу к кровати Вики, беру в руки ее подушку и на носочках приближаюсь к вторженцу. Я не собираюсь душить его, но показать, что самоуправство чревато последствиями стоит. Приподнимаю руки, чтобы прицелиться, и…

Вспышка! Всего несколько секунд, и я обезоружена и прижата к матрасу тяжелым телом. Ноут падает на пол. Мои руки в жестком захвате по обе стороны от головы, а перед глазами ядовитая и мучительная тьма, которая хочет поглотить и уничтожить. Никита сканирует мое лицо сонным, но уже колючим взглядом:

– Это было грубо.

– Какого черта ты здесь делаешь?

– Нахера тебе телефон? – спрашивает он в своей обычной манере «плевать мне на твои вопросы, отвечай на мои».

Хлопаю глазами, не понимая, о чем он говорит.

– Ты забыла телефон, Аня. Я не мог тебе дозвониться.

– Это не повод врываться в мою комнату.

– Еще какой.

– Слезь с меня! – дергаю руками и выгибаю спину, упираясь ступнями в матрас, чтобы освободиться.

А Никите весело. Он умело оборачивает маневр против меня, проталкивая колено между моими ногами. Теперь мы лежим в очень смущающей позе, и я чувствую то, что никогда не хотела бы ощущать от такого, как он. Его бедра напротив моих. Его губы слишком близко. И этот запах. Его запах. Дождь, сигаретный дым, сладкие коктейли и он сам.

– Не дергайся, Аня. Мы ходим по краю, – хрипло предупреждает Никита. – Где ты была? Я же сказал, чтобы сидела в общаге.

– А кто ты такой, чтобы я тебя слушала? – произношу грозно, а у самой не хватает воздуха на новый вдох."

"Давление между ног усиливается, отзываясь сладкой болью. Хочу свести колени, но тем самым практически обнимаю Никиту, прижимая к себе.

Да что происходит?!

Темно-карие глаза становятся практически черными, зрачки расширяются, перекрывая цветную радужку. Не могу пошевелиться, точно под гипнозом. Тело тяжелое и горячее. И он сверху.

– Кто я такой? – на лице Никиты появляется лукавая улыбка. – Ты скоро поймешь.

Он опускает голову, дыхание опаляет кожу на шее. Открываю рот в немом крике, когда чувствую настойчивое и решительное прикосновение губ. Тело охватывает дичайшая дрожь, а после все чувства сосредотачиваются только в силе укуса. Зажмуриваю глаза, проглатывая сдавленный всхлип.

– Это за то, что не слушаешь меня, – Никита водит губами по шее, выпивая боль и заглаживая вину.

Зависаю. Впадаю в глубокий транс.