Я буду рядом, детка

На самом краю огромной поляны Аркх опустил ее на землю.

— … что нам нужно расстаться… Ох!

На мгновение он замер, а затем прижал ее к себе спиной, руками крепко обнимая за талию Широкая ладонь легла ей на живот и обжигая, мешала и думать, и говорить.

Не позволяя ей ни шелохнуться, ни шага ступить, продолжая обнимать, склонился к уху и таким многозначительным шепотом прошептал, что каждый волосок на ее теле встопорщился:

— Что ты сказала?!

— Я тебя отпускаю…

— Ты… Меня… Отпускаешь?..

И прикусив мочку ее ушка добавил:

— А я этого хочу?

— Просто ты… меня… не хочешь…

— Я что?!!

Одним рывком он развернул ее к себе лицом. Ярость в его глазах сменилась удивлением. А затем глаза заискрились смехом и он расхохотался. Громко и безудержно. Так, что испуганные птицы взмыли с громким щебетом вверх.

— Значит… Я тебя… не хочу… — он медленно, шаг за шагом наступал на нее. — И ты меня решила бросить.

— Отпустить… — не понимая его реакции, Тасся продолжала пятиться, поднимая в воздух разбросанные по поляне лепестки белых роз.

— А ты сама-то… — его голос стал вкрадчивым, а наступление все продолжалось. — Хочешь… меня?

Глядя на него, словно кролик на удава, не отдавая отчета, что творит, кивнула…

Его отпустило, и улыбнувшись, Аркх притянул ее к себе и плотно прижал. Твердое нечто впечаталось ей в живот. От неожиданности она завертела попой, пытаясь отстраниться. Еще плотнее прижал, придерживая рукой за спину и ягодицу. Они медленно продолжали движение вперед.

- Не ерзай, — прошипел ей. — Как по-твоему — что это?

И он сделал движение бедрами…

То ли близость этого мужчины, то ли коварный апельсиновый сок начал свое хмельное действие, но голова у нее слегка закружилась.

— Дубина любви?

От неожиданности такого ответа он ослабил хватку, а Тасся сделала по инерции еще шаг назад, и споткнувшись о разбросанные кругом подушки, плюхнулась на покрытые светлым шелком мохнатые шкуры.

Она продолжала отползать, а Аркх, опустившись на колени, все надвигался и надвигался.

— Дубина?!.. Ты где этого набралась? — его голос вибрировал и отбирал у нее волю.

— Милли книжечку дала почитать…

— Опять эта Милли…

Нависнув над девушкой на согнутых локтях, мгновение смотрел ей в глаза. И стоило нежным губам приоткрыться, приник к ним в ласковом, томительном, долгом поцелуе…

Глава 27

Бархатный тягучий поцелуй становится все глубже, сильнее и уносит ее ввысь. Наполняя сладостью, делая легкой, словно перышко.

— Так ты меня отпускаешь? — он зарывается ей в волосы, дышит глубоко, рваными выдохами обдувает пряди…

Непонимание в ее затуманенных глазах. Шепчет в ответ:

— Да-а-а-а….

Ее подрагивающие губы с рыком накрывает мужской рот, его язык скользит, поглаживая, мягко раздвигая и проникая внутрь.