Я буду первым (СИ)

Оно на меня реагирует, мускулы напрягаются. Кожа горячая и шелковистая. Я его не рассматриваю, веки закрыты. Я полностью сосредоточена на тактильных ощущениях.

Глаза открываю только тогда, когда понимаю, что Платон избавился от одежды полностью.

И я промежностью ощущаю его член. Последние остатки разума вопят о том, что нужно воспользоваться средствами защиты.

— Презерватив, — говорю ему.

Он ругается, но я не разобрала, что именно он сказал. Слезает с меня, роется в карманах брюк, потом шуршит фольгой, ложится на спину и натягивает резинку. Я получаю возможность разглядеть его. У него толстый и длинный член с вздувшимися венами, мошонка побрита. Кожа члена и мошонки темно-коричневая. А головка розовая. Я рассматриваю его жадно, сама поражаюсь своему интересу. Но потрогать не решаюсь. Платон натягивает презерватив, и в голове проносится, наверное, неуместное сравнение с упаковкой колбасы.

Сладкая истома охватила все мое тело. Низ живота требовательно ноет.

И когда Платон вновь оказывается сверху, я лишь шире развожу ноги. Он упирается руками в постель, стараясь уменьшить свой вес, потом одной рукой направляет член в меня и двигается вовнутрь. Сначала я чувствую натяжение своей плоти. Становится неприятно.

А потом, почувствовав преграду, мужчина совершает резкий толчок бедрами, разрывая девственную плеву.

Больно-то как! Вскрикиваю, хоть и привыкла терпеть боль. Внутри все натянуто до предела, горит и саднит. Зажмуриваюсь, чувствую, как по щекам стекают слезы. Желание испаряется. Хорошо хоть Платон больше не двигается.

Только тяжело дышит, как загнанный конь. Открываю глаза. И ясно осознаю. Никакого продолжения сейчас не будет.

Он сдерживается. По вискам течет пот, зрачки почти закрыли радужку, стук его сердца я слышу также отчетливо, как стук своего собственного.

— Лен? — со звуком моего имени он отстраняется.

Но явно не для того, чтобы прекратить.

— Хватит! — голос звучит слабо, но он не мог не услышать.

Однако ничего не происходит. Он всё еще во мне.

— Слышишь?! Всё! Хватит! — повторяю я громче.

На этот раз он точно меня слышит, потому что стискивает челюсти. Его глаза загораются ненормальным блеском. Платон явно не собирается останавливаться. Он чуть движется вперед. А я не могу терпеть.

— Маленькая, сейчас пройдет, — успокаивающе шепчет он мне на ухо.

Не знаю, что там и у кого пройдет, но резь внутри усиливается, становясь непереносимой.

На фиг этот секс мне вообще сдался!

Выхожу из себя за считанные доли секунды. Мои пальцы с идеальным маникюром впиваются в мужские плечи. Это больно. Но взгляд Платона проясняется.

— Если ты сейчас с меня не слезешь, я воткну тебе палец в глаз, — шиплю я ему в лицо, сама себе напоминая змею.