Я буду нежной, мой принц

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍"

"– Я заметил это давно, и давно понял, что хочу видеть тебя своей – продолжает пытку мой принц. – Но я был женат. И ни за что не оскорбил бы тебя ролью обычной любовницы. Однако увидев тебя во дворце Сэйнара на том ужине, я понял, что больше не могу держаться от тебя подальше. Понял, что желание обладать тобой стало ещё нестерпимей. И решил, что попытаюсь заполучить тебя, даже если потом придётся всю жизнь скрывать своё извращённое желание видеть тебя связанной и покорной. Если бы ты не пришла ко мне той ночью, я бы сам пришёл к тебе утром, Камэли.

Он… пришёл бы? Правда?

– Но ты пришла, – вторит моим мыслям Корим, сцеловывая с моих губ тихий вздох. – Сама. И сама вручила мне себя, как самое драгоценное сокровище. Открылась мне. Я не отпущу тебя, Мэл. Не смогу. Не после того, как познал вкус твоей покорности и сладость обладания тобой. Не после того, как испытал, каково это держать в руках свою мечту. Будь моей, сладкая. Ты же хочешь этого, я чувствую. Просто скажи мне «да».

Вот как так можно? Зачем он душу мне травит своими сладкими речами? Зачем соблазняет так ласково, что устоять почти невозможно? Как внимать голосу разума, когда сердце, истекая кровью, раз за разом повторяет: «Да! Да! Да!..»

Но устоять я должна. И отстоять себя тоже.

– Я не могу, – шепчу, поднимая на него глаза. Все силы бросив на то, чтобы произнести эти три слова. Но на то, чтобы спрятать свою боль, меня уже не хватает.

Корим застывает, всматриваясь в моё лицо. Хмуро сводит брови, словно не верит в то, что услышал. Мне даже на краткий миг кажется, что и ему я причинила боль своим отказом.

– Почему? – выдавливает он. – Что тебя останавливает? В чём таком ты нуждаешься, чего я не могу тебе дать? Скажи!

– В вашей верности, – выдыхаю. – Я нуждаюсь в вашей верности, ваше высочество. И в возможности остаться собой. И это то, чего вы не сможете дать своей жене.

Между нами повисает звенящая тишина. И каждое моё слово каменным грузом придавливает плечи. Сжимает замершее в агонии сердце стальными тисками.

И я решаю идти до конца, последовав мудрому совету её величества. Не прятаться и не убегать больше от самой себя, а говорить начистоту и разобраться во всём окончательно.

– Я не смогу делить своего мужчину с другими женщинами, ваше высочество, – сглотнув, признаюсь в своей слабости. – И пока у вас есть гарем, женой я вам не стану. Иначе прольётся чья-то кровь.

Ну вот и всё. Назад пути нет. Больше не получится прятаться и питать пустые надежды. Самое важное мною сказано. Теперь решение за ним.

И Корим внезапно меня отпускает. Отступает на шаг, позволяя дышать свободней.