Я буду нежной, мой принц

Чего стоит только введённый ею обычай брать на попечение и воспитание девочек-сирот из приютов, которому и сейчас следуют все состоятельные хоаль Босварии, доказывая свою добродетельность. Случаются, конечно единичные неприятные ситуации, как с той мразью, которая купила Наиле, но в общем пользу от такого обычая сложно переоценить."

"– Да, ваше величество. Я в восхищении, – киваю с искренней улыбкой, хоть моя собеседница и не может видеть моего лица полностью. Поскольку мы находимся в общедоступной части дворцового комплекса, мне пришлось опять прятать лицо под карильей. Сегодня эта традиция отлично играет мне на руку, позволяя не привлекать лишнее внимание.

– Ардораш приказал разбить эти сады, когда я родила нашего первенца, Гедаша, спустя всего девять месяцев после нашего бракосочетания, – задумчиво сообщает мне Зальфия. – Я была счастлива и искренне верила, что теперь-то он забудет ту, которую так беззаветно любил и потерял.

И, видя мой удивлённый взгляд, она грустно улыбается.

– Я осведомлена, что вы входите в узкий круг людей, знающих о проклятии, которое было на нашей семье, Камэли. Как и о всех событиях, предшествующих его снятию. Потому и могу себе позволить говорить с вами не таясь. Собственно, я, как и мой супруг, тоже весьма наслышана о вас. И если Ардораш больше интересовался тем, какую выгоду брак с вами принесёт Кориму и Босварии, то меня больше интересовало, какой женой вы ему станете.

– Я понимаю, ваше величество, – киваю, не зная что на это сказать. Вопроса ведь не было, по сути. Не могу я бить пяткой в грудь, рассказывая, какая из меня хорошая жена получится.

– Мой мальчик влюблён в вас, – смотря вдаль, произносит королева. – Я вижу это так же ясно, как солнце в небе. Но ни одному из моих сыновей любовь не принесла счастья. Только горе, сломанные судьбы и смерть.

М-да, не такого разговора я ожидала, когда соглашалась на эту прогулку. Не думала, что королева будет со мной настолько откровенна. Но может, оно и к лучшему, когда есть возможность вот так всё прояснить сразу.

А она тем временем продолжает.

– Я прожила долгую жизнь с любимым, но не любящим меня мужчиной, утешая себя тем, что он добр и ласков со мной, что ценит и искренне привязан. Я родила ему шестерых детей. И троих из них сгубило проклятие. Васир и Аймине мертвы, Гедаш сломлен… Поймите меня правильно, Камэли. Ничего я так не желаю, как видеть, что Корим обрёл счастье с любимой женщиной, но мне страшно потерять и его.

– Но… проклятие ведь снято, – непонимающе хмурюсь я.

– Снято, да, – кивает она. – Ардораш… сильно изменился после общения с той девочкой-ведьмой… что заняла тело нашей Миренхаш. Несмотря на всё случившееся… он будто неподъёмный груз с души сбросил. Даже Гедаша готов простить и со временем вернуть из изгнания.