Я буду нежной, мой принц

Почему я должна согласиться на брак с вами?

В вишнёвых глазах отражается пляска теней, а на чувственных губах появляется кривая улыбка. Многообещающая.

– Условия, значит, – ловкие пальцы добираются до ремня моих брюк. – Условия таковы. Ты выходишь за меня замуж, официально, по всем обычаям моей семьи, становишься моей женой и единственной моей женщиной. Самой желанной и нужной. Любимой… Хотя, ты уже для меня таковой являешься.

– Любимой? – выдыхаю сипло, поражённая до глубины души.

– Да, Мэл. Я люблю тебя, – бросает на меня твёрдый взгляд мой принц. – Ты могла бы догадаться об этом и сама, если бы меньше давала волю ревности, неуверенности в себе и во мне, своему страху, своим эмоциям… Но ты не можешь, ведь так? Такая умная, рассудительная, сильная, ты беспомощна перед собственными эмоциями, когда речь заходит о нас двоих и наших отношениях. Мне озвучить причину твоей слабости, или сама скажешь?

Дыхание спирает в груди так, что больно становится, когда я осознаю, какие именно слова он хочет услышать. Казалось бы, что сложного? После того, как он сказал, что любит. Меня любит. Признать свои чувства, сказать… но я так долго молчала. Так долго не верила… лишь надеялась. Так долго любила, вопреки всему.

– Я… я… тоже… люблю… – произношу севшим голосом, чувствуя, как по щекам неудержимо катятся слёзы. Слёзы болезненного в своей невозможности счастья. Хрупкого и пока ещё эфемерного. Слёзы оглушительного и сшибающего с ног облегчения… Все те слёзы, которые я себе раньше не позволяла.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍И стереть их нет возможности. Зажмурившись, отворачиваюсь. Дёргаю запястья.

– Отпусти, мои руки… Мне нужно…

Корим, поднимается надо мной, нависая. Я чувствую его внимательней взгляд. Я обнажена перед ним, как никогда прежде. Вся моя боль, вся моя слабость перед ним, как на ладони.

Мужские пальцы нежно пробегают по моим предплечьям, освобождая. Но прежде чем я успеваю что-либо сделать, он сгребает меня в охапку, усаживая к себе на колени и прижимая к груди.

– Не нужно, маленькая. Не прячься от меня, – шепчет с необычной нежностью, мягко и даже как-то трепетно сцеловывая солёную влагу с моих щек. – Это теперь моя ответственность иссушать твои слёзы… Моя ответственность делать так, чтобы плакала ты только от счастья и удовольствия. Ты моя. Моя. Создана для меня. Ты знаешь это. И я знаю.

Будь это кто-то другой, я бы посмеялась над такой самоуверенностью. Но с Коримом мне остаётся только чувствовать его правоту. Верить каждому слову, произнесённому с твёрдой и непререкаемой уверенностью. И признавать, что да, действительно его. Всегда была только его.