Я без тебя не могу

Белая кожа девушки в тусклом мерцании ламп ложи отливает серебром. Её откровенное платье из металлического кольчужного материала уже не кажется таким вызывающим, когда не пробивается светом прожекторов, подсказывая очертания тела.

Нет, это не она. Эта девушка чуть выше, грудь больше, фигура похожа, но все же другая. Её губы накрашены яркой помадой, а за тенью, бросаемой маской, я не могу рассмотреть глаз.

стоит, не двигаясь с места, позволяя на себя пялиться, – должно быть, привыкла к постоянному вниманию мужчин.

– Станцуй для меня, – прошу, не приказываю.

Музыка здесь не та, под которую я бы хотел увидеть её танец, – слишком агрессивная, но девушка умудряется и в ней расслышать мелодичность, завораживая своими движениями. Она гипнотизирует меня томными медленными покачиваниями бедер, тонкими руками, которыми затягивает невидимое лассо на моей шее и тянет к себе. Мне хочется уложить её на спину прямо здесь, задрать платье, проверить наличие трусиков под ним и трахнуть очередную «птичку» на одну ночь.

Танцовщица запрокидывает голову, открывая вид на красивую шею. Рыжие волосы падают на лицо, ласкают плечи, перед тем как вернуться на спину. Её рука скользит вдоль тела, задевая пальчиками глубокий вырез на груди, показывая чуть больше, чем положено, но меньше, чем я хочу увидеть. Чувствую напряжение в паху. Сажусь, положив локти на колени, подаваясь корпусом вперед. Интересно, насколько «птичка» легкомысленна?

Она опускается на корточки, но не разводит колени, а уводит их в сторону, оставляя сведенными, и так вновь поднимается, проводит руками по ногам, захватывая края платья, чтобы поднять его вверх, в очередной раз лишая меня возможности узнать, есть под её нарядом белье или нет, в последний момент разжимая пальцы.

Я непроизвольно облизываю губы, испытывая мучительный голод и дикую жажду. Давно со мной такого не было. Никогда танцовщицы в клубах не удерживали мой взгляд дольше чем на пару минут. Я не был ценителем продажной любви «ночных бабочек» и не верил, что девушка, способная так двигаться, наделенная даром соблазнить любого, кто её видит, не использует свое тело как товар.

Танцовщица останавливается, когда композиция подходит к концу. Не вижу её глаз, но чувствую, что она смотрит на меня и решает, как поступить дальше. Делает по направлению ко мне несколько шагов в этих туфлях на длинной шпильке, способной пробить моё сердце насквозь – по крайней мере, на эту ночь.

Девушка замирает на расстоянии вытянутой руки от меня и изучает с высоты своих каблуков. Опускаю ладони на её ноги, скользя пальцами по шелку кожи от колен и выше по бедрам, останавливая руки там, где начинается короткое платье.