Я беременна, мальчики!

Они тихо начали просыпаться и опять соображать.

Надо что-то делать с Лунтиком. До приезда Мира."

"Снаячала я думал, что трахну ее и все пройдет. Но как же я просчитался-то, блять. Понял это еще до того, как между нами все случилось, но уже не смог остановиться, мне было похер кем он меня считает, хоть горшком. Главное улыбается и тает от моих прикосновений. Так я думал, ровно до того момента, пока в ее протяжном стоне не услышал имя брата.

Вот тогда то мне и пришел окончательный пиздец. Я понял, что со всем этим каламбуром стоит заканчивать, только как? После того, как Ева испуганная убежала, я тут же поднялся наверх и разнес в пух и прах кровать, так чтобы и следа от этого дьявольского трахадрома не осталось.

Я сделал большой глоток кофе и сжал переносицу.

Я не смогу рассказать все Еве. Если сейчас у меня были хотя бы призрачные, но шансы, что она все же будет со мной. Именно со мной. Не с братом. То этих же шансов будет ноль по модулю, если я расскажу Лунтику о том, как подставил брата и тому пришлось прямиком из клуба ехать к своей ненормальной бывшей.

Карина была настоящим наваждением для Мирона. Такая же снобка как и он, только старше. А еще она была глубоко замужем и жила в Европе.

Брат с ней уже давно не встречался, но иногда мне напоминал мальчика по вызову, стоило только Кариночке поманить пальчиком, как Мирон срывал с места и мчал на всех парах к своей любимой и, кажется, самой первой женщине.

Да, точно. Брат лишился девственности на пару лет позже меня. Но как же я ему завидовал, если я тогда баловался с такими же молоденькими девушками как и я сам, то Миру досталась опытная и взрослая женщина. Которая и на этот раз после бурной ночки, приехала вместе с Мироном, указала ручкой на необходимые ему вещи и забрала парня с собой на Лазурный берег. Лунтик еще тогда услышала ее голос в трубке, я не сразу об этом догадался, понял бы вовремя, возможно, сложилось бы все по другому.

— Привет, — за спиной прозвучал тихий голос Евы.

Я резко повернулся и сразу же грубо выругался. Хорошо хоть про себя. Лунтик и так слишком напоминала испуганного олененка.

Ее платье было слишком коротким.

— Может с тобой джинсами поделиться? А, Лунтик?

— Что прости? — рассеяно спросила она, переступив с ноги на ногу.

— Я говорю, что твое платье слишком короткое. Непозволительно короткое. Если не ошибаюсь, то оно еще короче моей футболки.

Ева залилась румянцем и я поспешил сменить тему.

— Кофе будешь? — она кивнула, и я продолжил строить из себя галантного кавалера, — а хлопья с молоком или йогуртом?

— Да. С молоком.

Я кивнул и, отвернувшись, потянулся за тарелкой. В спину мне донеслось тихое: “Спасибо”, и моя рука дрогнула.