Я беременна, бывший!

Где гарантия, что в эти моменты она не желает рассказать мне о чувствах к отцу ее ребенка, но здравый смысл останавливает ее всякий раз?

Я не циник, но прагматик, и в Настиной ситуации легко читается то, что оставаться со мной для нее сейчас самое оптимальное решение – у нее неограниченный финансовый бюджет, есть крыша над головой, и есть надежное мужское плечо, которое в случае чего, и защитит, и укроет, и решит все проблемы. Какая женщина, на последний неделях беременности в здравом уме уйдет от такого?! Правильно, никакая. Но где гарантия, того, что она не побежит к отцу своего ребенка по первому зову, если тот объявится на горизонте? Он все-таки отец, а я так, дядя с улицы… удобный кошелёк и надежный мужик. В своей надежности я уверен – я верный, заботливый, умею зарабатывать. По этой причине я не хочу сильно привязываться к ребенку, потому что потом, в случае чего останусь у разбитого корыта, и с разбитым сердцем…

Мы подъезжаем к моему особняку и тут я вижу знакомый джип ярко-красного цвета. Подобная кричащая расцветка может принадлежать только одному человеку… Только ее мне сейчас не хватало для полного счастья.

Въезжаем в ворота, привратник закрывает их за нами.

– Нина Петровна ожидает вас в доме, – сообщает он мне очевидную информацию.

– Кто это? – красивые васильковые глаза Насти испуганно округляются."

"Я плавно подъезжаю к дому, паркуюсь у крыльца. Беру Настю за маленькое тонкое запястье. Переплетаю наши пальцы. Помогаю ей вылезти из машины. Приобнимаю ее за плечи, инстинктивно пытаясь закрыть от надвигающейся опасности.

Ощущаю возбуждение от ее близости. Даже такая, немного отчужденная от меня, обижающаяся, с огромным животом, беременная от чужого мужчины, она волнует и будоражит мою кровь. Эх, если бы не «гости», я бы затащил ее сперва в спальню, а потом бы мы занялись всем остальным, но теперь, видимо придется держать свои желания в узде, ибо…

– Руслан, кто такая Нина Петровна?

– Моя мама… – отвечаю с каменным лицом.

* * *– Здравствуй сынок, соскучился? – мама как всегда в своем репертуаре…

Ей скоро под семьдесят, но она не желает задаваться на милость возрасту – многочисленные подтяжки и пластика лица и тела помогают ей отвоевать несколько десятков лет, она следит за питанием, одевается стильно, носит каблуки.

Вот и сейчас, в ярко-красном подстать автомобилю, брючном костюме, маман точно пожар выскакивает на нас прямо в прихожую.

Настя отпрянывает от нее и прячется за меня, невзначай прикасаясь своим животиком. Чужой сынок тут же пинает меня в поясницу, я завожу руку назад, и глажу его через живот. Малой успокаивается. Иногда я вот так могу общаться и воспитывать его. Наверно он будет считать меня отцом… ровно до тех пор, пока не объявится настоящий, а малой возненавидит меня.