Я б ему... дала

Сонная голова и расслабленное тело отказывались сотрудничать с совестью. Извилины, отбитые и внешне – о матрас, и изнутри – членом, требовали сна и покоя. Оттисканное до состояния мягкого пластилина тело желало «Вон того мужика! Еще разочек – и отключиться от счастья!».

Ничего общего с предыдущим пробуждением или даже первым нашим совместным утром.

Тепло, легко и будто... правильно.

Я, князь, старая усадьба, окруженная полями и лесом, – словно так было всегда.

В утренней прострации даже не вспомнилось, что у нас осталось меньше недели и главное – не секс, а бизнес.

Как показала практика, не вспомнилось это ни к обеду, ни к ужину, ни на следующий день. Стараниями князя разовый секс превратился в постоянный. К парочке заноз на моих булках добавились царапины от соломы. К неловкости перед хозяином и работниками усадьбы – незатухающее чувство стыда.

Было за что! Много раз!

А еще через день после возвращения домой мой счет пополнился суммой в два раза большей, чем обещала Мэрилин.

Я вначале даже не поверила. Из-за пробуждения в одиночестве все вокруг казалось ненастоящим. Но после СМС о пополнении баланса заглянула на сайт. Вошла в личный кабинет, и то, что обнаружила там, произвело эффект удара по голове бейсбольной битой.

Никогда не получала, но теперь легко могла представить.

Больно.

Досадно.

Ни капельки не понятно, и до чертиков хотелось убивать.

«За что?!»

Глава 13. Трудо-выебудни

Дарья.

Тяжело, наверное, быть мужчиной! Чтобы забыться, нужно много пить, чесать языком в компании товарищей, часами кидать удочку в реку, не забывая охлаждать в этой самой реке бутылки с водкой.

Адский труд и амортизация всего организма.

Женщинам в этом смысле, конечно же, повезло! Генеральная уборка, работа со сверхурочными, глажка, готовка, и через пару дней уставшая замученная бабонька с убитым маникюром и болью в спине неспособна вспомнить даже собственное имя.

Никаких затрат и переживаний за печень подруг! Сияющие чистотой поверхности и счастливое руководство! Сплошные плюсы.

Во всяком случае, меня психотерапевтический комплекс «Уборка-работа» спасал регулярно, и Костину измену я пережила исключительно благодаря ему. Но от возвращения с эскорт-службы в родную бухгалтерию почему-то ничто не помогало.

Я днями убивалась на фирме, наверстывая каждый пропущенный день. Ночами металась по квартире с тряпкой и шваброй. Но дебет с кредитом подбивались без энтузиазма. Налоговая декларация не вызывала прежней головокружительной аритмии. А вылизанная от пола до потолка квартира навевала лишь одно желание – продать ее и уехать куда-нибудь, где все цветет и кукарекает.

Полное фиаско.

Многоопытная в сердечных вопросах Мэрилин назвала это «постсексуальный синдром».