Изыскатель-мусорщик

Одним из условий аренды оказалось постоянное присутствие на станции сотрудника имперской безопасности. Это мотивировалось тем, что свалка находится в пограничном районе. Из описания Лати получалось, что последние годы «Рафин» стал местом ссылки для некого Пори Сэлма, лейтенанта безопасности, впавшего в немилость у начальства. Безопасник вел себя тихо, в дела почти не вмешивался, получал свою долю от различных махинаций и потихоньку принимал «зеленый туман». Как разъяснил искин, «зеленый туман» являлся полулегальным наркотиком. Для себя Иван отнес его к той же разновидности, что и марихуана. Вроде и не наказывают, но ограничения на занимаемые должности и профессии присутствует.

Отложив подробное знакомство с обитателями «Рафина» на будущее, Иван перешел к вопросам о самой Лати и причинах ее последней эскапады. Тема оказалась для девушки очень животрепещущей. На столько, что эмоции стали проявляться даже под медикаментозным влиянием. Впрочем, на основную функцию допросной программы они не повлияли. Слушая Лати, Иван невольно проникался сочувствием к девушке. До пяти лет в воспоминаниях были только полутемные коридоры шахтерской базы и тесная каюта родителей, то ли техников, то ли инженеров этой базы. Потом были два суматошных года сплошных переездов. После чего, вдруг, появился «Рафин». И снова коридоры и аскетичные жилые помещения. Появлялись новые люди. Кто-то оставался насовсем, кто-то лишь на время. Даже сеть девочке была доступна только внутренняя, а все новости, фильмы, развлекательные передачи — только в записи и основательно так «поросшие мхом». Несколько раз родители брали маленькую Лати на транзитную станцию, где собственно перед самым окончанием переоборудования «Рафина» ей и установили базовую нейросеть.

А потом «Рафин» был переброшен в эту систему. И все стало еще печальнее. Взрослые были, все время заняты, и Лати приходилось в одиночестве учить ПБЗ. Хорошо, хоть, девочке нравилось возиться с «железками» и технические базы вызывали у нее искренний интерес. Пару лет назад она освоила многие базы по специальности «Техник» вплоть до третьего уровня и ее стали привлекать к работе. Жизнь стала веселее, но девушка прекрасно понимала, что без нормальной нейросети и, желательно, имплантов, дальше она не продвинется.

— Меня не берут с собой, даже, когда летят отвозить на биржу добытое нами на свалке. У меня потенциал на нейросеть уровня «Техник-128», но это очень дорого. Я просила родителей установить мне «Инженер-64». Это дешевле, но по функциям не намного хуже. Но мама все обещает, что когда мы накопим деньги, мне поставят самую лучшую нейросеть. Только я, ведь, знаю, что лишних денег у нас нет.