Извращённые cердца

— Вокруг полно других девушек, которые могут развлекать меня.

— Уверена, Джемма будет в восторге услышать это, — голос Серафины сочился сарказмом.

Просто чудо, что Римо до сих пор не задушил свою жену. Она была той еще штучкой.

— Ее воспитание было традиционным. Ее семья одна из самых традиционных в Каморре. Если ты заставишь девушку переспать с тобой до первой брачной ночи, это вызовет неприятности, на которые я не в настроении, понял? — сказал Римо.

— Никто не должен знать. Это наше с Джеммой дело, чем мы занимаемся, оставаясь наедине.

Нино неодобрительно покачал головой.

— Ты предполагаешь, что она захочет порвать со своими традициями, но возможно и нет.

Они не видели, как Джемма смотрела на меня. Возможно, ее воспитание было традиционным, но ее тело все еще функционировало, как и у всех остальных.

— Я скажу это только один раз, — сказал Римо. — Как только ты выиграешь этот бой — ты женишься на этой девушке, и если ты сорвёшь ее вишенку до первой брачной ночи, то постарайся, чтобы никто не узнал, или я кастрирую твоего быка. Понял?

Я одарил его улыбкой. Выражение его лица оставалось каменным.

— Сорвёшь вишенку? — спросил Невио у Греты, и та улыбнулась в ответ.

Серафина вздохнула и послала мне еще один уничтожающий взгляд.

— Это был не я! Можешь винить своего мужа.

— Это пустая трата времени. Вы двое все равно делаете, что хотите, — сказала она.

Это так и останется. Никакая помолвка или брак не свяжут меня по рукам и ногам. Джемма была слишком влюблена в меня, чтобы контролировать мою жизнь, как это делали Серафина и Киара с моими братьями.

Тони пришла в тот же вечер. У нас было слишком много новостей, чтобы обсуждать их по телефону.

— Это так ужасно с его стороны, — прошептала Тони, почти вне себя от волнения.

Я даже не была уверена, кто из нас был более взволнован. Тони никогда не любила драться сама, но наблюдать за боями в клетке на «Арене» было ее делом. Когда-нибудь она пойдет по стопам своего отца и будет управлять ею, это было ясно.

— Это потому, что он плохой мальчик.

Я лишь изредка видела проблески его темной стороны, но она присутствовала там и, вероятно была страшнее, чем я могла даже предполагать. Но это не заставляло меня хотеть его меньше. Честно говоря, это взволновало меня самым тревожным образом.

Я посмотрела на открытую дверь своей комнаты. После инцидента на «Арене» мне не разрешалось закрывать дверь, когда Тони уходила. Это было просто смешно. Но мама с папой ни на шаг не сдвинулись с этой темы.

— Ты что-нибудь знаешь о его татуировке?

Я задала вопрос, который интересовал меня целую вечность.

Тони, хихикая, прикусила губу.

— Ты имеешь в виду быка?

На щеках Тони появились два красных пятна.