Извращённые cердца

Джемма наклонилась и прошептала что-то, что заставило мою племянницу улыбнуться чуть шире, удивив меня на мгновение, но затем мои глаза нашли обнаженную спину Джеммы. Ее четко очерченная спина и изящные лопатки, восхитительный позвоночник, по которому мне хотелось провести языком. Мой пульс ускорился. Джемма выпрямилась с кольцом в руке и посмотрела на меня.

Не знаю, какое у меня было выражение лица, но оно, должно быть, отражало мой голод, потому что щеки Джеммы покраснели.

— Твоя рука, — прошептала она, и я протянул ей свою руку.

Она надела кольцо. Я наклонился к Грете и взял оставшееся кольцо. На этот раз я выбрал менее неприятное кольцо, простое золотое колечко с несколькими бриллиантами.

Они вместе обернулись и ушли, когда я выпрямился. Я сжал руку Джеммы и надел кольцо ей на палец. Знакомая волна собственничества захлестнула меня, увидев свое кольцо на руке Джеммы. Взглянув на свою собственную руку, я понял, что теперь тоже буду носить знак, который сделает меня чьим-то еще. Такое странное чувство знать, что Джемма будет женщиной, с которой я проведу остаток своей жизни, единственной женщиной, с которой я буду заниматься сексом…

— Можете поцеловать невесту, — сказал священник, отрывая меня от моих мыслей.

Я ухмыльнулся. Обвив рукой талию Джеммы, прижав ладонь к мягкой, горячей коже ее спины, я притянул ее к себе.

— Веди себя прилично, — сказала она почти отчаянно за секунду до того, как мой рот обрушился на ее.

Священник дал свое официальное благословение на поцелуй, так что высокомерная семья Джеммы могла смириться с этим. Скользнув губами по мягким губам Джеммы, я слегка подтолкнул ее языком. Джемма напряглась, но я не дал ей возможности отреагировать, притянув ее еще ближе, мой мизинец скользнул под ткань ее платья, дразня ее копчик, когда мой язык попробовал ее на вкус. В церкви раздались аплодисменты, поначалу лишь немногочисленные, вероятно, под аккомпанемент Римо, но потом все присоединились.

В конце концов я отстранился, тяжело дыша. Я бы продолжал целовать Джемму, если бы кровь не начала скапливаться в моем члене. Стояк в церкви — это определенно то, что Джемме не очень понравится. Кожа Джеммы покраснела, губы распухли, веки опустились. На мгновение, прежде чем она опомнилась, желание наполнило ее взгляд и к черту это, я хотел закинуть ее на плечо прямо сейчас и отнести к машине, чтобы я мог отвезти ее в укромное место.

Затем глаза Джеммы сузились, и понимание осело на ее лице, ее глаза метнулись к нашей аудитории.

У входа в церковь гости собрались вокруг нас, звеня бокалами с шампанским и аплодируя. Разумеется, первыми нас поздравили Римо и Серафина. Как Капо и мой брат, это была его честь. Он покачал головой, затем схватил меня за руку и притянул к себе, чтобы коротко обнять.