Извращенные эмоции

Фабиано стоял в стороне, возле буфета с Лукой. Было нетрудно прочесть эмоции Капо. Он был в ярости.

— Пошли, — сказал я Римо. — Давай схватим Дюранта.

Он не нуждался в дальнейшем поощрении. Я сжал свой охотничий нож, пальцы сжали гладкую деревянную рукоятку, когда мы с Римо двинулись вдоль края вечеринки. Большинство людей были пьяными.

В тот момент, когда Дюрант заметил меня и моего брата, его глаза расширились. Он выронил стакан и повернулся, убегая с вечеринки, оставив жену стоять с ошарашенным выражением лица. Римо вздохнул.

— Почему они всегда думают, что могут сбежать?

Я побежал трусцой и заметил Дюранта, спотыкающегося на спуске к воде. Возможно, он надеялся добраться до одной из лодок и спастись. Добравшись до нужного места, я остановился и метнул нож. Дамасский клинок великолепно блеснул в лунном свете, прежде чем вонзиться Дюранту в икру.

Его пронзительный крик был хорошим началом ночи. Никаких криков удовольствия сегодня. Только агония. Дюрант упал на колени, схватившись за икру.

— Мило, — признал Римо, останавливаясь рядом со мной. Дюрант поднялся на ноги и попытался доковылять до ближайшей лодки, но не смог надавить на раненую ногу. Он должен был вытащить нож; это либо помогло бы ему двигаться быстрее, либо заставило бы его быстро истекать кровью. И то, и другое было бы лучше, чем то, что ожидало его в наших с Римо руках.

Мы подошли к нему, и Римо повернулся к нему лицом.

— Почему ты уезжаешь? Веселье вот-вот начнется.

Дюрант отступил на шаг. Я сбил его с ног, и он упал на колени. Я потянулся за ножом и повернул его. Он закричал, его глаза встретились с моими.

— Что бы она ни сказала, маленькая шлюха солгала.

— Откуда ты знаешь, что это из-за Киары? — тихо спросил Римо.

— Возможно, я не выношу твоего лица. Мы с Нино убивали и за меньшее."

"Дюрант переводил взгляд с меня на брата, его дыхание участилось. Ужас начал наполнять его вены, как яд. Я знал предательские признаки. Это было только начало.

Я наклонился, скривив губы.

— Ты признаешься в этом достаточно скоро, и до восхода солнца ты будешь молить Киару о прощении, поверь мне.

Снова крутанув нож, я оставил его в ноге. Я подал Римо знак, и мы подняли Дюранта на ноги. Когда мы потащили его обратно к дому, Лука и Фабиано преградили нам путь. Лука смотрел на дядю без всяких эмоций.

— Это моя территория, а Дюрант часть семьи.

Я встретился с ним взглядом.

— Это правда, но именно я разорву его на части. Или ты хочешь сказать, что поступил бы иначе, если бы кто-то опозорил Арию до ее брачной ночи?

Лука ухмыльнулся.

— Я убил бы всех, кто помешал бы мне вынести наказание. — затем выражение его лица стало жестким. — Мне нужно увидеть Киару, прежде чем я позволю тебе начать… — его глаза метнулись к ножу в икре Дюранта, — или продолжить.