Извращенное Притяжение

Немного туши размазалось под глазами, волосы растрепались, но она все равно выглядела привлекательно. Точка цвета и волнения в нашем бесплодном окружении. Бесконечные пески, камни и пыльные дороги.

— Я уже начала подумывать, не нужно ли мне присоединиться к тебе в душе до того, как закончится время, и я останусь без возможности привести себя в порядок.

— Я потратил только три минуты. У тебя остаётся роскошных семь.

Услышав ее предложение принять душ вместе, я пожалел, что не продлил сеанс.

Динара прошла мимо меня с легкой улыбкой.

— Спасибо. Не думаю, что душ с тобой был бы хорошей идеей в любом случае.

С этими словами она исчезла внутри и закрыла дверь.

Я выдохнул, не зная, как справиться с флиртом Динары, ибо не был уверен, действительно ли она это имела в виду или играла со мной. А может, и то и другое. Но с каждым днем последнее волновало меня все меньше. Двое могли бы сыграть в игру.

Я позволил жаркому полуденному солнцу высушить мои волосы, даже если это увеличивало объём моих кудрей. Девушки любили их, и я предпочитал кудри, так как они заставляли меня выглядеть иначе, чем мои братья.

Водитель уже положил по упаковке с провизией на каждый из наших капотов, и я схватил свой и откусил шоколадный маффин, ожидая появления Динары. Когда она, наконец вышла, я чуть не подавился. Она была одета в свои обычные джинсовые шорты, ботинки и майку, но впервые с тех пор, как я с ней познакомился, ее топ был белого цвета и облегал ее тело. С ее волос капала вода, стекая по плечам и груди, медленно делая ткань прозрачной. Помахав водителю, Динара направилась ко мне. Мои глаза волшебным образом притянулись к очертаниям ее упругих грудей сквозь прозрачную ткань и пирсингу в левом соске. Динара схватила свой завтрак и прислонилась к капоту моей машины.

Уголки ее рта дернулись от удовольствия.

— Если тебя это тревожит, то подожди, пока солнце не высушит мою майку. Это не займет много времени.

Я никогда не смогу ни увидеть пирсинг соска Динары, ни перестать гадать, каково это играть с ним. Я мог только представлять, насколько более чувствительными стали ее груди.

— Это приятное зрелище, — сказал я с ухмылкой, оторвав взгляд от ее груди.

Динара рассмеялась, прежде чем схватить свою булочку и откусить.

— Было больно прокалывать, чем пупок? — спросил я наконец, не в силах подавить любопытство.

Динара кивнула.

— Да. Было чертовски больно, но бывало и хуже, и результат мне очень нравится.

Рискнув еще раз взглянуть на ее левую грудь, я понял, что пирсинг был в виде драгоценного камня на обоих концах, но ткань майки не позволяла мне разглядеть больше. Звук дрона заставил нас разойтись, и Динара села в свою машину. До сих пор она избегала интервью и вообще не искала камер.

Это не изменилось в течение следующих нескольких дней.