Извращённое Королевство

Капли пота выступают у нее на лбу и стекают по вискам.

Я кладу руку ей на сердце. Ритм медленный, но затем становится быстрым.

Это нехорошо.

Это не просто лихорадка. У нее больное сердце, и готов поспорить, что она не посещала своего кардиолога после того, как переехала к отцу.

Когда она упала в обморок в тот день после пробежки под дождем, наш семейный врач сказал, что она должна, как можно скорее посетить врача. Зная Эльзу, она, вероятно, не хотела беспокоить своего отца, как только воссоединилась с ним.

— Черт, Эльза. Твою мать!

Нам нужно убираться отсюда.

Блядь, немедленно.

Если не вылечить должным образом, простая лихорадка может стать летальной для человека с больным сердцем.

Я знаю, потому что я изучал все это дерьмо с тех пор, как узнал о ее болезни.

Вот почему я был еще строже, чем ее тетя, в отношении ее питания. Я приносил ей воду с самой высокой концентрацией минералов, потому что прочитал, что она хорошая. Я наблюдал за ней, пока она бегала, ища крошечные подсказки о ее дыхании.

Однако я не мог остановить ее от бега под дождем, так как она часто делала это за спиной у всех.

Я хватаю свой пуловер, снова смачиваю его водой, а затем обматываю ей голову.

Мои губы в последний раз касаются ее лба, прежде чем я, пошатываясь, поднимаюсь на ноги.

Адреналин разливается по венам и наполняет меня только одной целью. Я открою эту дверь, даже если мне придется вывихнуть плечи в процессе.

Мы с Эльзой выберемся отсюда.

Мы не лишимся наших жизней в этом подвале.

Глава 37

Джонатан

В отличие от распространенного мнения, злодеи не являются злом.

Злодеи просто люди, добивающиеся того, чего хотят, даже если для этого нужно пройти через всех.

Меня могут считать злодеем в этой истории, и меня это устраивает. Мои убеждения — мои собственные и никого, блядь, не касаются.

Как однажды сказал один итальянский политик, лучше, чтобы тебя боялись, чем любили.

Страх приносит эффективность и заставляет все работать.

Любовь для мазохистских дураков.

Когда-то я был влюблен. Это иррационально и неконтролируемо.

Возможно, именно поэтому я заперт в своей собственной голове, замышляя один заговор мести за другим.

Я прекрасно знаю, что это не вернет Алисию, но я все равно продолжаю.

Почему?

Потому что это иррационально и, блядь, не поддается контролю.

Если я сосредоточусь на мести, я не почувствую пустоты. Если я сосредоточусь на мести, я направлю боль наружу, а не внутрь.

Я находился в аэропорту, готовый вернуть Эйдена, когда на моем экране вспыхнул номер Итана. Я думал, мы вернулись к нашим старым играм. Однако все изменилось, когда он сказал, что Эйден и Эльза пропали.

Прошло пятьдесят пять часов с тех пор, как их видели в последний раз.

Эйден маленький гаденыш, но он мой сын и единственное, что у меня осталось от Алисии.