Извращенная Преданность

Некоторые женщины превращаются в диких кошек, когда их загоняют в угол.

Он хлопнул меня по плечу. Я ничего не сказал. Римо пожал плечами.

— Но если она тебе не нужна…

— Да, — быстро ответил я. — Я был бы признателен, если бы прошёл слух, что я положил на нее глаз. На всякий случай. Я не хочу, чтобы Стефано с ней связывался.

Римо усмехнулся.

— Конечно. Предъяви на нее свои права, Фабиано.

В этом было преимущество его хорошей стороны. Римо позволял мне то, о чем другие солдаты и мечтать не могли. С этими словами он оставил меня и направился к столику, за которым сидели несколько крупных игроков из нашего казино премиум-класса. Я вернулся в бар. Позже у меня будет время переодеться в шорты.

Остальные мужчины извинились, и Леона подошла ко мне с озадаченным видом.

— Я что-то пропустила?

Я пожал плечами.

— Я причина, почему некоторые из них потеряли деньги.

И конечности."

"Она открыла рот, чтобы сказать что-то еще, но звук тела, бьющегося о клетку, заставил ее замолчать, сопровождаемый взрывом восторженных аплодисментов. Она прижала руку к губам, ее глаза расширились от шока. Я оглянулся через плечо. Один из бойцов лежал на земле, без сознания. Другой стоял над ним, подняв руки, исполняя какой-то победный танец. Возможно, он станет моим следующим соперником через пару недель, если выиграет еще несколько раз. Мне придется сломать ему колени, чтобы предотвратить будущие танцевальные эскапады.

— Это ужасно, — прошептала Леона голосом, полным сострадания, как будто она могла чувствовать их боль.

Я повернулся к ней.

— Зачем кому-то смотреть такое жестокое зрелище?

Жестокое? Она еще не видела Брута. Если ей повезет, то никогда не увидит.

— Это в нашей природе. — сказал я. — Выживает сильнейший. Борьба за власть. Жажда крови. Это все еще укоренилось в нашем ДНК.

— Не думаю, что это правда, — возразила она. — Я думаю, мы двинулись дальше, но иногда мы возвращаемся к старым привычкам.

— Тогда почему люди все еще смотрят на сильных? Почему женщины предпочитают альфа-самцов?

Она фыркнула.

— Это миф.

Я приподнял бровь и наклонился ближе. Я мельком взглянул на ее платье. Белый хлопок. Конечно.

— Неужели? — спросил я.

Она вгляделась в мое лицо, румянец пополз по ее горлу и щекам.

Я подавил смех. Я встал прежде, чем она успела что-либо сказать. Мне нужно было переодеться.

— Я вернусь через минуту. — сказал я ей.

Когда я вошел в раздевалку, остальные бойцы замолчали. Двое из них ответили мне взглядом, только один открыто бросил мне вызов. Я предполагал, что сегодня он будет моим противником. На дюйм выше меня. Хорошо. Возможно, это будет более долгий бой.

Я разделся и натянул боксеры. Я надеялся, что они видели все шрамы. Они ничего не знали о боли. Я послал своему противнику ухмылку. Может быть, он доживет до завтра.