Извращённая ненависть

Мы определенно должны были придумать сценарий для этого.

Поскольку было слишком поздно, мы с Джулс пошли дальше и рассказали Аве все, начиная с нашей договоренности только о сексе и заканчивая нашим примирением на прошлой неделе. Мы опустили неприятные подробности о Максе и списали наш разрыв на недоразумение, но в остальном это было довольно полное резюме.

К тому времени, как мы закончили, кожа Авы приобрела слабый зеленый оттенок. Она уставилась на меня. ""Ты говоришь мне, что ты спал с моим лучшим другом в течение нескольких месяцев?"" Она указала на Джулса. “И ты спала с моим братом несколько месяцев? Я не могу поверить, что ты не сказал мне раньше! ”

Джулс беспомощно пожал плечами. “Я так и не нашел подходящего времени, чтобы сказать тебе, что я трахался с твоим братом”.

Зеленый оттенок на коже Авы усилился.

“Ты сделал то же самое с ним!” Я указала на Алекса, который наблюдал за разворачивающейся сценой со скучающим выражением лица. Он даже не пытался помочь. Предатель. “Вы, ребята, встречались несколько месяцев, прежде чем я узнал. Не будь лицемером ”.

""Это было по-другому"", - прорычала Ава. “Мы не ненавидели друг друга с пылающей страстью, а затем развернулись и начали целоваться”.

""Я знаю, что это шок, учитывая мои прошлые ... разногласия с Джошем"". Нижняя губа Джулс исчезла между ее зубами. “Но с нами, работающими вместе в клинике и видящими друг друга так часто, это просто случилось. Мы действительно не планировали скрывать это от вас так долго. Мы просто не были уверены, что это вообще куда-то приведет, и мы не хотели говорить вам, пока не убедились. Это сделало бы ситуацию слишком неловкой "".

""Правильно"". Ава закрыла глаза и глубоко вздохнула. ""Алекс, принеси мне нож"".

Я побледнел. “Эй, эй, эй!” Я подняла одну руку и притянула Жюля ближе к себе другой. “Я твой единственный брат. Ты любишь меня. Помните, когда я дал вам последний из моих молочных шмоток в кинотеатре? Хорошие времена.”

Ава игнорировала меня, пока Алекс не вернулся с запрошенным ножом.

Я нахмурилась. Так вот как я собирался умереть. Преданный моим лучшим другом снова и зарезанный моей сестрой. Юлий Цезарь ничего не имел против меня с точки зрения дерьмовой смерти.

Мое сердце заколотилось, когда Ава схватила нож, наклонилась вперед ... и открыла коробку с десертом. Она отрезала кусок пирога и откусила.

Воцарилась тишина.

“Мы должны сказать что-то еще?” Джулс прошептал.

“ У нее все еще нож в руке, ” прошептал я в ответ. “Давай подождем”.

Мы наблюдали, как Ава закончила есть с нечитаемым выражением лица. Но когда она заговорила снова, ее голос потерял часть своей жесткости. “Насколько это серьезно?”

Облегчение ослабило узел тревоги в моей груди. Я узнал этот голос. Она приходила в себя.