Извращённая ненависть

Вероятно, что-то похожее на то, что я только что сделал.

""Я знаю, что ты не из тех людей, которые хотят чужой смерти на своих руках"", - спокойно сказал он. ""Ты не убийца, Джош. Кроме того, посмотри на него. Ты высказал свою точку зрения ”.

Я уставился на бесчувственную кучу на земле. Лицо Макса было изуродованным месивом из крови и мякоти. Липкая темная жидкость растеклась по его телу, и если бы не слабый подъем и опускание его груди, я бы подумал, что он уже мертв.

Я сделал это. Я.

Алекс и пальцем его не тронул.

Чем дольше я смотрела на Макса, тем медленнее билось мое сердце. Тихие капли из раковины в углу напомнили мне о каплях крови, и я внезапно осознал, что медная жидкость покрывает мое лицо и одежду.

Я избил его до полусмерти.

Желчь подступила к моему горлу.

Я вырвалась из рук Алекса и, спотыкаясь, подошла к раковине, где меня вырвало, пока в горле не пересохло, а слезы не обожгли глаза.

Я не ела с начала своей смены, так что ничего не вышло, но это не остановило тошноту, скрутившую мой желудок.

Что, черт возьми, я наделал?

Похищение. Нападение и батарея. Вероятно, дюжина других преступлений, которые закончат мою карьеру, если кто-нибудь узнает.

Я начал с того, что хотел заставить Макса заплатить за то, что он сделал с Жюлем, и в конечном итоге использовал его как мою человеческую боксерскую грушу.

Бля.

Я открыл кран и плеснул водой на лицо, надеясь смыть кровь, но ее пятно осталось даже после того, как розоватая вода стала чистой в стальном тазу.

Когда я наконец поднял голову, моя кожа онемела от холода воды, я увидел Алекса рядом со мной. Он прислонился бедром к стойке с непроницаемым выражением лица. “Чувствуешь себя лучше?”

“Да. Нет. я не знаю”. Я провела рукой по своему влажному лицу и посмотрела на все еще бессознательного Макса. Мой желудок снова дернулся. “Что мы будем с ним делать?”

“Не волнуйся. Он не пойдет в полицию ”. Алекс подошел к нему и с презрением толкнул его лежащую ничком фигуру. “Это больше проблем, чем того стоит”.

Верно. Макс вышел из тюрьмы всего несколько месяцев назад, а он уже совершил нападение при отягчающих обстоятельствах и был вовлечен в заговор с целью совершения крупной кражи. Если полиция изучила его прошлое, он был облажался.

""А если он придет за нами позже?"" Я спросил.

“Пожалуйста. Он обычный вор, пытающийся играть в лиге выше своей собственной ”. Алекс казался не впечатленным. “Кроме того, если то, что он сказал, было правдой, у него достаточно проблем, о которых нужно беспокоиться, и без попыток отомстить нам. Тот, кто хочет твою отвратительную картину, будет занят ”.

""Это не отвратительно"", - прорычал я. “Это необычно, и это стоит больших денег”.

Я покупала картину после признания Жюля.