Уравнение со всеми известными

Тот, кто вносит поправки и редактирует, всегда выглядит умнее чернорабочих, писавших первоначальный текст. Министр пробудет неделю. Сергей в группе сопровождения, на глазах у большого начальства. Итак, он перед выбором: броситься в Москву и вытаскивать жену из постели любовника или остаться, не упустить шанс понравиться министру. Министр перевесил.

Сергею удалось организовать командировку в Москву. Десять дней он потерял, потому что необходимо было являться в министерство, выписывать мать из больницы, разыскивать адрес и телефон Колесова, который жил не там, где прописан, а у родителей.

Несколько дней Сергей мерз у подъезда, поджидая Веру. Но она редко выходила из дому и только в сопровождении долговязого любовника. В начале декабря рано смеркалось, но однажды ему удалось рассмотреть ее лицо. Как она улыбалась, глядя снизу вверх на этого типа! На него она никогда так не смотрела! У Сергея заныло в животе от обиды и злости. Он не хотел подниматься я квартиру, когда Колесов уезжал, — там могли быть родители, дети и прочие посторонние. Разговаривать с Верой нужно с глазу на глаз. Пришлось звонить. Сергей уже знал, что днем любовничка дома нет. Трубку сняла сама Вера.

— Здравствуй, это Сергей.

Секундное замешательство. Глубоко вздохнула — хочет взять себя в руки.

— Здравствуй!

— Верочка, я ни за что тебя не осуждаю и не виню! Я сам виноват перед тобой несказанно!

Мягче, ласковее, обволакивай ее! Впрочем, покаянный тон давался ему без труда. Если бы потребовалось, он бы сейчас на животе перед ней ползал.

— Чего же ты хочешь? — спросила Вера.

— Я приехал на несколько дней. Верочка, нам все-таки нужно поговорить, встретиться. Как-то не по-человечески получается. Здесь твои вещи. Я тебе обещаю, что не будет никаких сцен и выяснений отношений. Но моя жизнь тоже должна как-то продолжаться. Я не заслуживаю снисхождения, но хотя бы разговора, не телефонного разговора, я заслуживаю?

— Да, наверное. Мне надо бы забрать кое-какие вещи. Книги, фотографии родителей…

— О чем ты говоришь? Конечно, все, что захочешь. Ты сможешь приехать сегодня?

— Нет, сегодня нет. Завтра. Тебя устроит после семи вечера?

Отлично. Самый лучший вариант — ему удалось вытащить ее домой. Теперь поговорить с матерью.

— Приедет? — ухмыльнулась Анна Рудольфовна. — Одумалась наконец.

— Нет, не одумалась. Все гораздо серьезнее. У нее есть другой мужчина, и она в него влюблена.

— Тварь! Брось ее, сыночек, разведись. Если один раз она тебе рога наставила, то сделает это и во второй, и в третий.

Сергей скрипнул зубами, остановился перед матерью, сидевшей в кресле, и заговорил — зло, медленно, ввинчивая в ее старую голову каждое слово:

— Я никогда с Верой не разойдусь! Это моя жена, и она будет только моей женой.