Изумрудные зубки

В клетке у кролика тоже было чисто, а сам он – упитанный и довольный, методично жевал сухую траву.

Глеб завязывал перед зеркалом галстук. Галстуки он всегда завязывал сам и знал множество способов соорудить аккуратный красивый узел.

– Я за вещами, – сказала Таня и начала закидывать в большую сумку косметику, статуэтки, одежду, которой было не очень много.

– Может, передумаешь? – не отрывая взгляда от себя в зеркале и не переставая вязать узел, спросил Глеб.

– Нет. Извини.

Последним она сунула в сумку плюшевого медведя, который всегда сидел на кровати с той стороны, где спала Таня. Игрушка заняла все пустое пространство в сумке и теперь она смотрелась туго набитой – такой, с какой и следовало уходить от мужа.

– У тебя кто-то есть? Этот... как его, Шрек? – голос у Афанасьева дрогнул, пальцы сбились с последовательности манипуляций, он сдернул с себя галстук, отшвырнул на кровать, достал из шкафа другой и начал его завязывать.

– Очень хочется сказать, что у меня никого нет, но это будет неправда. – Таня огляделась, не забыла ли чего. – Да, у меня есть Флек, которому в жизни не хватает меня и только меня. Он даже кольцо с бриллиантом купил, чтобы позвать меня замуж. – Эта фраза прозвучала с неприличной хвастливостью и Таня быстро добавила: – А еще у него есть маленький мальчик, который отобьется от рук, если я не возьмусь за его воспитание, и бабушка, которая заболеет от изнеможения, если я не стану ей помогать по хозяйству. Вот. Я им нужна!!

– И мне ты нужна! – вдруг заорал Глеб. – До боли в сердце, до спазмов в горле!! Может... передумаешь?! – Он отшвырнул и этот галстук, сел на кровать и схватился за голову.

Таня присела рядом с ним. Чего только раньше она не отдала бы за эти его слова, за эту его позу и это искреннее отчаяние!

– Я не передумаю, Глеб. Потому что приняла твердое, как алмаз, решение. Потому что перегорело к тебе все. Горело, горело и перегорело. Так бывает. Так часто бывает, ну ты же знаешь!

– Ты дрянь. Давно у тебя... с этим Хряком?

– С того самого дня как ты пропал.

– Где ты его нашла?!! У тебя же работа-дом, дом-работа!! Где ты нашла его, дрянь?!!

– Я отмывала в подъезде твою кровь, а он шел, споткнулся о ведро с грязной водой и упал. – Она улыбнулась. – На нем был белоснежный плащ, а на мне старый спортивный костюм и косынка. Я понравилась ему в старом костюме и мятой косынке, представляешь?! Он начал слать мне корзины с белыми розами, писать любовные записки и водить в рестораны...

– Зачем ты рассказываешь мне это?!! – Афанасьев вскочил и затопал ногами. – Зачем?!! Я умирал в застенках, а ты, дрянь...

– Если ты еще раз назовешь меня дрянью, я дам тебе в морду.