Изоляция

Он не хотел и не искал для себя ничего иного, но, становясь старше, начал невольно прислушиваться к разговорам взрослых.

Вечерами, когда кочующий лес останавливался, приходило время легенд. Старики (а их становилось все больше) собирались вместе, вспоминали другую планету – потерянный техногенный рай, откуда началась недолгая экспансия человечества к звездам.

Они говорили о Земле, вплетая сталистые нити технологий в каждую фразу.

Укладываясь спать после сытного ужина, когда холодные полосы тумана лениво текли меж ворсистых ветвей, Антошка внимал доносящимся из мглы голосам.

Оказывается, люди не всегда жили на Альбионе. Они бежали сюда, сознательно выбрали мир с токсичной биосферой. Только так анклав мог скрыться от омни – таинственных, жестоких существ, доминирующих в космосе, и их безропотных, беспощадных, искусственно выращенных бойцов, имя которым – скелхи.

Поначалу для Антошки ничего не значила тоска, звучавшая в словах стариков, но вечер за вечером из мглы проступали образы, принадлежащие иной реальности, и воображение юноши со временем накопило их, начало формировать тревожащие воображение картины иных миров и могучих межзвездных кораблей, сгорающих в пламени космических битв.

Он узнал, что Земля погибла. Планету атаковал флот насекомоподобных существ, именующих себя фокарсианами. Омни стравили две молодые экспансивные цивилизации, а сами остались в стороне, наблюдая, как существа, способные причинить им немало проблем, взаимоистребляют друг друга.

«Эти омни, должно быть, сумасшедшие», – думал Антон. Со слов стариков он понял, что космос огромен и места в нем хватит всем. А если делиться технологиями, работать сообща, как, к примеру, действуют разведчики, изучая путь миграции бредущих деревьев, то проблем вообще не будет!

Зачем же разрушать, уничтожать цивилизации, если можно жить в мире, осваивать различные планеты, двигаться вперед, поддерживая друг друга?

Впрочем, жизнь сполна отплатила Антону за наивность, жестко стерла юношеские иллюзии.

Старики доживали свой недолгий век. Немногие устройства, при помощи которых удавалось исследовать токсины и создавать защитные препараты, постепенно выработали ресурс, стали выходить из строя. Анклаву грозило скорое вымирание.

Последней надеждой по-прежнему оставалась Земля – потерянная прародина, испепеленная ядерными ударами, но никто из старшего поколения уже не мог отправиться туда. Ежедневная борьба с токсинами окончательно подорвала их здоровье.

Дети выросли. Невзирая на строгие предостережения старших, они дали начало новому поколению. Юность, первая любовь – этого не запретишь, не загонишь в рамки, не остановишь нотациями или увещеваниями.

Глеб Стужин так и не вернулся.