Изобличитель. Кровь, золото, собака

И еще одна черта в приятеле Ахиллесу крайне импонировала: в противоположность многим своим коллегам Петя совершенно не интересовался нелегальными брошюрками, радикальными студенческими сходками и прочей, с точки зрения Ахиллеса, вредной ерундистикой. Твердо нацелен был делать ученую карьеру, оставаясь совершенно вне политики.

Ахиллес встал навстречу, протянул руку:

– Вот кстати, Петя! А я тут со скуки умираю… Шустовского хотите? Первосортный, право.

– Не откажусь, – сказал Петя, высокий симпатичный малый в безукоризненно сидящем студенческом мундире, подстриженный аккуратно, без малейшего следа модной ныне нигилистической лохматости.

Ахиллес наполнил лафитники – и, прежде чем успел поднять свой к губам, Петя разделался со своим одним махом (что ему, в общем, было не свойственно), затем попросил словно бы с жалкими нотками в голосе:

– Можно еще?"

"– Ну конечно, – сказал Ахиллес и вновь наполнил его лафитник. Сказал: – А я думал, вы уехали, у вас ведь вот-вот начнутся занятия…

– Должен был послезавтра, – ответил Петя, разделавшись со вторым лафитником в точности как с первым и снова не закусив (что тоже было у него не в обычае).

Ахиллес не сразу, но понял, в чем тут странность: Петя сказал: «Должен был», а не «Уезжаю послезавтра», как следовало бы ожидать.

Присмотрелся к студенту внимательнее: положительно, что-то не то… Всегда аккуратно причесанные на прямой пробор волосы подрастрепаны, верхняя пуговица студенческого мундира не застегнута, вообще вид у Пети какой-то странноватый, таким Ахиллес его никогда прежде не видел – сидит, понурясь, правую щеку явственно подергивает время от времени нервным тиком, определенно подавлен, расстроен, форменным образом угнетен…

Одним словом, выглядит как человек, с которым случилось что-то крайне неприятное. Но что могло случиться со студентом из благополучной, отнюдь не бедной семьи потомственных дворян (отец – инженер Министерства путей сообщения, имеет два ордена, на хорошем счету у начальства, занимает немаленькую должность начальника депо, штатский полковник – ну а жалованье у инженеров-путейцев вообще в министерстве самое высокое в Российской империи)? В карты крупно проиграться не мог – не играет совершенно, да и прочими, так сказать, мирскими соблазнами пренебрегает. Прежестокая размолвка с Ириной? Или появился более удачливый соперник? (Ахиллес знал: у Пети с младшей дочерью княгини Тураевой не завязался, в общем, серьезный роман – но всё шло к тому, что он вот-вот завяжется.) Или что-то еще?

– Что-нибудь случилось, Петя?

– Да нет, с чего вы взяли, Ахиллес?

И бодрость тона, и мнимая веселость были наигранными, никаких сомнений. Любой бы не ошибся. Что-то все же случилось, это ясно.