Сердце Изнанки

У баронессы дернулась щека, но она никак не отреагировала. И снова двинулась вглубь поместья. Однако уже не так спешила.

Спустя минуту, она решила продолжить расспрос:

— Всё равно ваши слова ничего не объясняют. Откуда вы взялись? Зачем вы здесь?

— Я прибыл по… приглашению князя Злобина, — дипломатично ответил я. — Это всё, что я могу сказать. Остальное, знаете ли, не в моей компетенции.

Она остановилась возле одного из окон и солнце очертило её профиль золотистым контуром.

— А у вас что, нет своего языка? Или своего понимания?

— В том-то и дело, что есть. И я не вправе раскрывать чужие тайны, — невозмутимо произнёс я.

Женщина подчеркнуто вздохнула.

— Значит, ясно одно. Вы точно не из этих мест. По вам видно, что вы не такой, как местные, и в столице таких не видала. Я вас насквозь вижу, знаете ли.

— Не замечал за собой ранее прозрачности, — в тон ей произнёс я.

— Не шутите со мной, — строго ответила она, поправляя идеально уложенную прядь волос. — Вы, кем бы вы ни были… Кстати, да, кто вы?

В её голосе звучало недоумение, смешанное с раздражением. Похоже, она привыкла держать всё под контролем, а тут вдруг — неучтённая фигура на семейной доске.

— Я? Барон Пылаев. Или, правильнее сказать, баронет? — произнёс я, наблюдая, как она еле сдерживает эмоции.

Женщина снова вспыхнула.

— Я и так изо всех сил стараюсь, чтобы мой муж не разорил нашу семью. А вы ещё шутите надо мной.

В голосе проскользнула усталость, на мгновение приоткрывшая истинные чувства. Кажется, её больше заботит сохранение семейного благосостояния, чем мнимое оскорбление чести супруга внебрачным ребёнком.

Но тут она развернулась, и в её глазах вспыхнули языки пламени.

— Если ты попытаешься навредить этому роду, я убью тебя. Своими собственными руками. Ты меня понял? — прошептала она.

— Такие слова и при свидетелях? — Ответил в тон ей…

— Поверь, из этого поместья мало что выходит наружу. И если понадобится, и ты никогда больше отсюда не выйдешь. Запомни: только попробуй навредить моему роду, и ты очень сильно пожалеешь об этом.

— Мой батюшка, знаете ли, сам неплохо справляется с этой задачей, — произнёс я, невозмутимо глядя на женщину.

Меня вдруг посетила мысль, что всё это время она неумело пыталась вывести меня из себя, чтобы получить ответы. Ведь она сама, несмотря на демонстрацию эмоций, была относительно спокойна. А вот мой ответ, кажется, задел за живое.

Очевидно было одно, что бы она не предпринимала, она борется за благополучие этого рода, и она действительно готова за это сражаться.

Что ж, возможно, с этой женщиной у нас больше общего, чем кажется на первый взгляд.

— Смотри, как бы Саша тебя не услышал. Он таких слов тебе не спустит. Вылетишь отсюда и лишишься фамилии. Это мы враз устроим.