Изнанка счастья

 – Какая ему в принципе должна быть разница, плохо или хорошо мы к ней относимся? Если три года вместе живут, это уже говорит о чем-то, правда? Тем более с первого класса за ручку ходили, и потом – неразлейвода… Не хочет же он заявить после всего этого, что сомневается в своих чувствах к Лене?

– Он не сомневается, Лень, – ответила за Юрку Марсель, глянув на него быстро. – Тут дело не в сомнениях вовсе. Просто, понимаешь… Как бы это сказать… Слишком уж все гладко и правильно у них в отношениях… И Юрку это пугает… Я правильно поняла, да? – снова глянула она в лицо Юрке.

– Ну, в общем… Да, где-то так и есть… – задумчиво подтвердил Юрка. – И не то чтобы пугает, а настораживает. Когда все гладко, сладко и вкусно, то иногда вдруг очень хочется, чтобы было занозисто и слегка отдавало горечью. Чтобы была возможность идти обратным путем – от горького к сладкому.

– Ну, наворотил, сам не понимаешь чего! – сердито усмехнулся Леня. – И в самом деле, не ожидал от тебя… За советом пришел, надо же! Какой тут может быть совет? Есть только один совет! Если любишь – женись! А не любишь – не женись, иди на поиски дополнительных горьких пилюль, может, они тебя от глупости вылечат! Да только, боюсь, поздно будет…

– Да погоди, Лень! – снова сердито глянула на мужа Марсель. – Чего ты так разгорячился, в самом деле? Не просто же так Юрка советоваться пришел! Мне кажется, тут дело в чем-то другом, а вовсе не в советах.

Подумав, она вдруг подняла на Юрку глаза, спросила осторожно:

– А скажи, Юр… Лена сама заговорила о свадьбе, да? Она хочет за тебя замуж? Хочет, чтобы все было законно, официально и по правилам? Чтобы платье, кольца, большое праздничное застолье?

– Да не то слово, мам… Она не заговорила в одночасье, она давно уже этого требует. Она настаивает, сердится и топает ногой. Вот как папа сейчас, к примеру… Если любишь – женись, и все дела.

– А ты?

– А я не знаю.

– Чего ты не знаешь?

– Да не знаю я, чего я не знаю!

– Очень содержательный ответ, ничего не скажешь… – хмыкнул Леня, отворачиваясь к окну.

– Тогда не женись, Юр, если не знаешь, – медленно произнесла Марсель, покачав головой. – Иначе ты женишься только потому, что Лена на этом настаивала, понимаешь?

– Да я понимаю, мам… Но и Ленку я тоже понимаю. Время идет, ей давно как-то определиться хочется. Ты же знаешь, как она во всем любит четкий порядок и полную определенность.

– Да, знаю."

"– Ну вот… Нам обоим на днях двадцать семь стукнет, вроде как возраст самый подходящий, чтобы определиться.

– Да при чем тут возраст, Юрка…

– Да притом! Как ты не понимаешь, мам? Если для мужчины двадцать семь – не возраст, то для женщины – ого-го какой возраст! По крайней мере, Ленка так считает. И к этому «ого-го» у них полагается с определенными результатами подойти.