Изнанка счастья

Никогда еще короткая дорога домой не казалась ей такой долгой. Отчего-то еще некстати вспомнилось, как шла этой дорогой первый раз… В то утро, когда умерла мама. И когда она не могла ехать к себе домой, и Леня дал ей ключи от своей квартиры… Добрый Леня. Благородный Леня. Умный и надежный муж, самый хороший на свете. А она – неблагодарная дрянь. И падшая женщина. И правильно про нее говорит Наринэ Арсеновна. Какой же матери понравится, что невестка будет старше сына на семь лет? И тем более будет в статусе чьей-то бывшей жены? Хотя – чего она сейчас о себе думает как о невестке… Она сейчас пока Ленина жена, если он чемоданы с ее вещами из квартиры не выставил."

"Да, если бы выставил! Конечно, это было бы легче. Взяла чемоданы и пошла себе в новую жизнь. Ведь у неблагодарных дряней и падших женщин тоже бывают новые жизни, пусть со старым чувством вины, пусть с пеплом на голове, но новые! Да, это было бы легче, конечно… А только Леня никакие чемоданы не выставит, и придется глядеть ему в глаза, и объяснять что-то… Объяснять то, что он и сам давно понимает, и проговаривать то, о чем он и сам давно знает. И никуда от этого разговора не денешься.

Вот и арка, в конце которой виден кусок двора, мягко освещенный уставшим вечерним солнцем. Чем глубже заходишь в арку, тем шире открывается сам двор, поросший старыми тополями и ясенями, и зарослями шиповника вокруг детской площадки. Надо же, никогда раньше не замечала, какой у них уютный двор… Будто маленький мирок, отделенный от шумной суеты города. Можно пройти к подъезду по тротуару, обогнув заросшую деревьями сердцевину двора, а можно по узкой тропинке, протоптанной напрямик. Да, очень уютное место. И уютная жизнь…

Долго стояла у двери в квартиру, теребя в ладони ключи. Самой дверь открыть или нажать на кнопку дверного звонка? Наверное, лучше самой. Сейчас, еще одну минуту, надо с мыслями собраться. Хотя – какое там собраться, если вместо мыслей – трусливый хаос? Можно еще, конечно, прямо сейчас Джанику позвонить и сообщить, что ничего и никогда больше не будет… И вломиться потом в квартиру со слезами, броситься Лене в ноги – прости, прости?.. Да, много можно за эту минуту принять хороших и правильных решений. Или неправильных… Кто, в конце концов, установил критерий этой правильности? Или неправильности, черт ее разберет?

Наконец решительно вставила в замочную скважину ключ, повернула, так же решительно ступила в прихожую. Леня выглянул на шум из гостиной, произнес почти равнодушно:

– Привет.

Хотя нет, не равнодушно произнес. Присутствовала напряженная нотка в его голосе. И тем более «привет» без обычного обращения «Марсельеза» звучал как-то даже болезненно для слуха…

– Привет… – пролепетала она тихо, снимая с ног туфли.