Клиника измены. Семейная кухня эпохи кризиса (сборник)

Он устало взглянул на нее поверх страниц:

– Господи, что ты еще придумала?

– Я устроилась врачом в поликлинику, – заявила она злорадно и остро вгляделась в лицо мужа.

Жена и любовница работают вместе – ситуация достаточно пикантная!

Но Филипп только улыбнулся:

– Что ж, поздравляю. Как говорил Вольтер, работа избавляет человека от трех вещей – от скуки, от порока и от безденежья. Ты молодец!

– Ты правда рад?

– Конечно. Такой способной женщине, как ты, грех себя хоронить в четырех стенах.

– И тебя ничего не смущает?

– Нет, а почему я должен смущаться? Ты же не в стриптиз устроилась.

– Ну, я подумала, вдруг ты обидишься, что я приняла решение, не посоветовавшись с тобой, – врала Юля. – Если ты недоволен, еще не поздно отыграть назад."

"– Я доволен.

Она опустилась на край дивана. По идее должен был сказать: «Ты поступила опрометчиво, давай лучше я устрою тебя в другое место».

Или уже планирует развод? Тогда ему, конечно, безразлично, где она будет работать.

Юля зябко повела плечами, такой грустной оказалась эта мысль.

– Ты почему дрожишь, птиченька?

– Так. Волнуюсь.

– Ничего, втянешься.

Он ласково потрепал ее по коленке и вернулся к чтению.

Но Юля не спешила уходить. В направлении соперницы она чуть-чуть продвинулась, теперь нужно ударить по другому фронту. Момент для атаки, кажется, подходящий.

Она легонько поскребла пальцем по бедру Филиппа.

– Что, Юля?

Так, намеков не понимаем.

Вот как, интересно, соблазнить собственного мужа, не унижаясь?

– Может, вернешься в спальню? – без обиняков спросила она.

– Спасибо, милая, я уж лучше тут. Боюсь, помешаю тебе выспаться перед первым рабочим днем.

Она лукаво улыбнулась:

– Помешай, я буду рада.

– Птиченька, посмотри, сколько у меня еще работы, – он показал на журнальный столик, заваленный бумагами, – мне обязательно нужно сегодня это проштудировать.

Юля задохнулась от возмущения. Раздавленная открывшейся ей правдой, необходимостью делать вид, будто она ничего не подозревает, оскорбленная пренебрежением мужа, сейчас она была слишком слаба для иезуитских комбинаций.

– Ты больше меня не любишь?

– Ну что за глупые идеи…

– Почему тогда не спишь со мной?

Эти слова вырвались помимо ее воли, и она замерла, как человек, случайно выдернувший чеку из гранаты. Сейчас будет взрыв! Филипп скажет: «Потому что у меня другая женщина, и давай-ка разводиться».

Но он взял ее руку в свои.

– Ты такая смешная… Пойми, физическая близость имеет к любви такое же отношение, как гадание на ромашке – к теории вероятности. То есть никакого. Ты моя жена, и я люблю тебя. И вовсе не секс является доказательством душевной привязанности.

«Расскажи это своей любовнице», – подумала Юля и фальшиво-сочувственно кивнула.