Измену гордым не прощают

- У тебя есть кто-то?

Молчит. Склоняется над щенком, прядки длинных волос падают на лицо.

Воображение, замешанное на ревности, рисует картинки - волосы эти, разметавшиеся по простыням. Тело её обнажённое. Грудь, с торчащими сосочками...

А-а-а! И другой мужик её трахает? Три года.

Но ведь и мне она отзывалась!

Зачем? Почему?

- Ты спишь с ним? - вырывается до того, как я успеваю успокоиться.

Затаив дыхание и сжав челюсти изо всех сил, жду ответа.

- Это тебя не касается, - закономерно отвечает она.

Спит, значит.

Так чего ты хочешь, Трофимов? Стать в очередь за этим козлом? И трахнуть ее ему назло? Или ей назло? Потому, что она и тебя тоже хочет! А его?

С шумом выдыхаю несколько раз, чтобы успокоиться. Приходится еще раз выпить, потому что нифига не получается! Потом только немного отвлекаюсь и заставляю себя думать об этом мифическом видео.

-С роликом твоим полный бред получается. Ты, конечно, можешь мне не верить. Но я-то знаю, что измены не было ни на столе, ни где-то вообще! А может, ты всё это сама выдумала, чтобы оправдать свою измену? Может, это ты ушла к другому?

Её лицо идёт пятнами, как если бы ей было стыдно. Неужели я в точку сейчас попал?

-Если бы ушла к другому, почему тогда развод у тебя не попросила?

Задумываюсь. Ну, это проще простого!

-Элементарно. Ушла. Потом узнала, что беременна от меня. Он чужого ребёнка растить не захотел. Ко мне после этого вернуться тоже как-то не по кайфу - признаваться бы пришлось. Я бы засомневался в том, чей ребёнок. Опять же... Раз меня бросила, значит, влюбилась в него.

Дёргается, услышав последнюю фразу.

-Всё было совсем не так! Совсем! Никого у меня не было...

-Не было? - цепляюсь к словам. - А теперь есть?

Молчит снова. Есть.

Ясно.

Гордый, ну, признайся хотя бы себе самому, что вот это жгучее разочарование ты испытываешь потому, что хотел, чтобы она осталась! Ты хотел от неё чего? Секса одноразового? Или чтобы вернулась обратно?

Чего ты хочешь, Трофимов?

Не знаю.

Просто не желаю, чтобы у неё кто-то бы и всё!

Я не хочу этого говорить! Не хочу! Потому что каждое слово, которое рвется из меня, выворачивая наружу перед ней мое нутро, обнажает мои чувства, делает меня перед нею слабым! Я не желаю быть слабым! Но и не сказать не могу! И говорю:

-Ты подло поступила, Дани. Очень подло и некрасиво. Я любил тебя. Я доверял тебе. А ты предала. Разве так поступают взрослые люди? Неважно, какая была у тебя причина, ты обязана была объяснить мне, что случилось! Я же не понимал! Я же... Ну, блядь! Я же ждал, что вернёшься. И этот дом...