Невеста-изменница

 — Трэвис жестом пригласил Риса войти, провел его в гостиную и тотчас сдвинул за собой створки дверей. — Надеюсь, ты принес хорошие новости.

— Все зависит от того, как на это смотреть. Как ты узнал, что я собираюсь прийти?

— Заходила Аннабелл. Она сказала, что вы с Найтингейлом намеревались поговорить с полковником Томасом. Хотели просить его освободить меня, чтобы с моей помощью найти настоящего шпиона.

Рис нахмурился:

— Леди Аннабелл Таунсенд? Она навещала тебя?

Трэвис ощутил укол вины. Аннабелл была вдовой, и ему не хотелось, чтобы хоть в малой степени пострадало ее доброе имя.

— Мы давно знаем друг друга. Она была лучшей подругой моей сестры Беатрис.

— Ее брат говорил об этом.

— Она зашла проведать меня.

Рис кивнул:

— Аннабелл твердо верит в твою невиновность и намерена помочь тебе всем, чем сможет.

Трэвис отвернулся. Она хотела ему помочь… Кто бы мог подумать? Когда Анна была у него, по всему было видно, что она хотела ему отдаться, хотя прямо этого не сказала.

Одолеваемый воспоминаниями об их поцелуе, о том, как затрепетали и раскрылись ее полные губы, Трэвис опустился в пухлое рубиновое кресло.

Его плоть немедленно отреагировала на эти воспоминания. Ей было всего восемнадцать, когда он ушел в армию. Она уже и тогда была красивой девушкой, и он десятки раз представлял, как целует ее. Но ни одна его фантазия не могла сравниться с реальностью. Даже мысли о ней его возбуждали. Сменив положение, чтобы расслабиться, Трэвис безмолвно чертыхнулся.

— У тебя испарина, — заметил Рис. — Ты не заболел, случайно?

«Разве что от любви, упаси Боже!..»

— У меня проблема, — вздохнул Трэвис.

— Шутишь? — хмыкнул Рис.

— Я имею в виду проблему совершенно другого рода. — Трэвис выпрямился в кресле, гоня прочь мысли об Аннабелл. — Ладно, расскажи лучше о встрече с полковником Томасом.

— По всей вероятности, информация Найтингейла оказалась правильной. Он выяснил, что в военном ведомстве уже занимались делом о шпионаже, когда к полковнику Томасу явился Сандхерст и указал на тебя.

— Но если шпион не я, значит, предатель до сих пор на свободе.

— Верно. По этой причине Томас согласился отпустить тебя под наше честное слово. Мы объяснили ему, что если он по поводу тебя ошибается, — в чем уверены не только мы двое, но и другие, — то настоящий шпион будет продолжать вести шпионскую деятельность. Мы убедили его, что никто лучше тебя не поможет выявить настоящего предателя. Поскольку ты говоришь по-русски, то с легкостью впишешься в русское сообщество. И возможно, сумеешь выявить предателя. Но твои доказательства, разумеется, должны быть очень весомыми.

Трэвис вскочил на ноги.

— Уж не хочешь ли ты сказать, что мне наконец позволено выйти из проклятого дома?

— Да.