Изменить нельзя простить (СИ)

Стала без разбора бросать в него шмотки, чтобы быстрее определиться с планом действий. Но тут голос Кирилла притих, а потом недоуменный вопрос настиг меня:

— Ева, ты что делаешь? — Кирилл стоял в одних боксерах и смотрел на меня из прохода в ванную.

— Собираю вещи, разве не видно? — резко, резче, чем следовало, ответила я и посмотрела на Кирилла. На его лице виднелось недовольство.

— Зачем? Самолёт только ближе к вечеру.

— Я хочу быть готовой ко всему, понимаешь? — выдохнула я и присела на пол, пытаясь сообразить, что ещё не положила. Говорить с Кириллом не хотелось. Сейчас ещё начнёт спрашивать о моем браке, о жизни…

— Нет, не понимаю, — пару шагов до меня, и протянутая ладонь как намёк на большее, чем просто желание, чтобы я встала с пола. Намёк на поддержку. — Ты переживаешь?

И тут меня прорвало.

— Нет, блин, — рявкнула я. — Я просто хочу получить этот чертов развод. Забыть последние недели и никогда не помнить о том, что муж у меня был таким себе, что я сделала плохой выбор, что…

— Меня тоже забыть? — выцепил совершенно нелогичное из моей речи Кирилл.

— Причём тут это? — я вообще не думала над воспоминаниями, которые оставил бы за собой Кирилл.

— Я тоже в этом времени… — он присел возле чемодана, только с другой стороны, и пристально посмотрел на меня.

— Тебя это волнует? — я захлопнула крышку и оцарапала палец о молнию.

— Да. Если причина, по которой ты от меня сбегаешь, скрыта в этом.

— Нет, Кирилл! — я рывком поднялась и откатила чемодан к двери. Вспомнила, что стою в сорочке, а платье осталось внутри, и чуть не завыла от досады. — Ты просто бабник, наглец, зажравшийся миллионер, которому хочется пощекотать себе нервы. А тут я такая вся проблемная, которая без судороги не может смотреть на чашки, которые стоят не по размеру.

Я просто хочу развод. Честно. Я уверена, что, как только стану свободной, все наладиться. Все пойдёт, как надо. И если бы встретилась с Кириллом позднее, ничего бы этого не случилось. Он привлекательный, харизматичный мужчина, и когда я не упираюсь, очень нежный и отзывчивый. Но нет! Все в одно время.

Сердце трепыхнулось в груди и ударилось в рёбра. Я выдохнула и подняла взгляд на Кирилла, который смотрел на меня с большим сомнением. Приподнятая бровь вообще не намекала на что-то хорошее.

— То есть тебя просто бесит, что ты не можешь развестись, что я бабник, что у тебя температура, и что ты…

Я судорожно кивнула. Спрятала глаза под опущенными ресницами, потому что не была уверена, что сейчас сдержу слёзы. Только злые.

Кирилл шагнул ко мне слишком быстро и прижал к груди. Не знаю, что говорят женские форумы, но ничего лучше объятий в момент истерики ещё не придумали точно. Особенно объятий сильного, уверенного в себе мужчины.

И мне было стыдно.

— Извини… — сдавленно и тихо произнесла я.