Изменить нельзя простить (СИ)

— Мне поможет новая работа и спокойный развод, а не сопли в три ручья, — психанула я, выглядывая из-под одеяла. Ляля покачала головой и посоветовала

— Поспи, а я пока йогой займусь…

Не спалось. Я зачем-то обновляла приложение с вакансиями, уже готова была согласиться на любую работу, хоть официанткой или администратором в салоне, но желаемая работа в рекламном агентстве в Питере все молчала.

А потом замолчала и я, незаметно для себя погрузившись в душный и весь какой-то липкий сон, который пугал воспоминаниями и перспективами.

— Просыпайся, поехали, оторвём яйца мудаку, — тихо прошелестела Ляля и, не разбери я слов, подумала бы, что подруга желает мне доброго утра.

— Я думала, тебе в этом деле помощники не нужны, — пробормотала я из кокона одеяла. В задницу великих мстителей. Я хочу просто выйти из брака с наименьшими потерями.

— Нет, — согласилась Ляля и потянула на себя мою подушку. — Но ты могла бы собрать вещи, документы, пока я буду развлекаться…

Ближе к обеду Ляля вытащила меня на улицу и довела до машины. Сама села за руль, хотя водила Ляля хуже, чем я пекла творожные запеканки. Но апатия, боль, отчаяние заполнило меня, и я просто не могла вести авто. А ещё в глубине души поднималась волна страха.

Я боялась Андрея.

Мне казалось, что вчера он меня не убил только потому, что Соня зашла. А вот если бы мы остались с ним наедине подольше…

Губа перестала саднить, но ее стянуло, и я говорила с трудом. И это самое лучшее напоминание, что женщина чаще всего беспомощна перед мужчиной. Особенно если он пьян, возбуждён и зол.

Перед глазами до сих пор мелькала ладонь Андрея, а в ушах стоял звон от пощёчины.

Возле двери квартиры меня бросило в пот. Я топталась. Боялась, что Андрей будет дома. Слишком хорошо понимала, что он не захочет разойтись миром.

Ляля психанула и забрала у меня ключи.

— Ну что ты боишься, не убьёт же он нас…

— Убьёт… — с обречённостью произнесла я. Ладони вспотели, а голос дрогнул. — Убил бы, если бы…

Ляля развернулась ко мне лицом. Сжала мои плечи своими тонкими ладонями.

— Ева, он ничего не сделает, поверь. А если только попробует, я на него Жорика своего натравлю. Он у меня кмс по боксу. А потом Вову. У него поясов нет, зато есть коллекция ружей для охоты.

Я запуталась в перечислении воздыхателей Ляли и покачала головой.

— А вообще, Ева… — продолжила Ляля, скидывая шлёпки в прихожей. На фоне моего холодного белоснежного ремонта обувь цвета розового неона выжигала глаза. — Тебе нужен нормальный мужчина. Который, если что, не только забрало начистит твоему ущербному, но и тебя раскачает…

Я медленно, словно таясь, шла по пустой квартире, подмечая, что Андрей не ночевал дома.

Сердце противно сжалось. Как будто впервые поняв, что его предали.