Измени меня

Это чудо было из разряда самых невозможных, тех, в которые Поля не могла бы поверить никогда в жизни. И не поверила бы, если бы оно не случилось с ней.

Через неделю после того, как Поля спряталась ото всех за городом, позволив себе роскошь общения только с Артуром, она поняла, что нервы дают о себе знать - организм отозвался жуткой слабостью и тошнотой. Есть не хотелось совершенно, и, пожалуй, только друг и мог заставить её хоть чем-то перекусить, но она бы с радостью отказалась от принятия пищи в принципе. Артур только горестно вздыхал, поджимая губы и старался сдерживаться и не высказать ей всё, что он думает о такого рода поведении. Несколько раз он пытался заговорить с ней о Степане, но Поля сразу же пресекала все подобные разговоры, потому что пока сказать ей было нечего. Она впала в странное апатичное состояние полусна, в котором ей было очень комфортно пребывать. Ровно до тех пор, когда Артур не приехал к ней рано утром и не привёз с собой то, что впоследствии изменило всю её жизнь.

Поля повертела в руках тонкую полоску, в очередной раз всматриваясь в две пересекающие её линии. Поверить в это казалось невозможным, но, тем не менее, всё случилось, и игнорировать произошедшее было как минимум глупо. Самое первое желание, которое охватило Полю, когда она поняла, что беременна, было спрятаться, скрыться ото всех, убежать, лишь бы только это чудо принадлежало только ей и больше никому. Потом перед мысленным взором встало перекошенное злобой лицо Глеба и желание сбежать отошло на второй план, выведя вперёд абсолютно нормальное желание женщины защитить своего ребёнка. А это означало только одно: ей нужно было обо всём рассказать Степану.

Разумеется, существовала возможность того, что он уже забыл о её существовании, и этот ребёнок ему совершенно не нужен, но, по крайней мере, она должна была сделать попытку.

Хотя, если судить по рассказу Артура, Степан очень скрупулёзно расспрашивал его о ней, и вряд ли стал бы делать это ради просьбы забрать из его дома вещи.

Значит, оставалось надеяться, что он будет не очень зол на то, что она пропала и не давала о себе знать.

Поля отложила в сторону тест и улыбнулась сама себе. Именно сейчас, когда внутри неё созрело решение рассказать обо всём Стёпе и вернуться к нему, она вдруг поняла, что ей стало гораздо легче дышать. Стоило рискнуть, чтобы потом уже не жалеть ни о чём. Ведь лучше пожалеть о том, что сделал, чем о том, чего не сделал – в эту догму Поля верила на все сто процентов. Ей уже представлялись самые тёплые картины их совместного семейного времяпрепровождения, от которых на душе становилось очень светло.